Я украду твоё сердце

А он всеми этими вопросами меня с настроя сбивает. – Я пришла сюда под иллюзией. Меня никто не видел. Поэтому никто не мог причинить мне вред. Так мы можем поговорить? – интересуюсь, теряя терпение.

− Обязательно поговорим, − вдруг удовлетворённо усмехается Азим. И неожиданно шагает ещё ближе. Обхватывает одной рукой за талию, резко притягивая к себе. А второй внезапно нажимает на лоб.

И меня буквально окутывает странная сонная вялость. Тело повисает в мужских руках безвольной тряпочной куклой.

− Что ты делаешь? − бормочу, едва ворочая заплетающимся языком.

− Похищаю тебя, − слышу совершенно неожиданный, практически невозможный ответ. И меня подхватывают на руки, прижимая к широкой груди.

− Что? Зачем? – пытаюсь я разлепить затуманенные сонные глаза. Но мне так нестерпимо хочется спать. Голова сама собой склоняется на мужское плечо.

− Чтобы ты поняла, насколько ошибочны твои суждения обо мне и о нас, − сообщает мне Азим, решительным шагом направляясь прочь с террасы.

Вот дурак. Я и так уже поняла… Даже сказать хотела… а теперь не буду… надо же, что выдумал.

Надо позвать Софи на помощь… Странно, что она сама не поняла, что нужно вмешаться. Может, не увидела ничего?

Но когда мы сворачиваем в тот коридор, где должна стоять на страже моя близняшка, и я всё-таки нахожу в себе силы поднять голову, чтобы посмотреть вокруг, оказывается, что тут никого нет. Софи куда-то исчезла. Неужели уже ушла? Странно, должна была подождать немного… и холодно тут как-то… слишком… наверное, на меня так заклинание Азима действует.

Словно в подтверждение моих мыслей, он вдруг прижимается губами к моему лбу.

− Спи, маленькая. Когда проснёшься, мы обязательно обо всём поговорим.

И моё сознание окончательно проигрывает этот бой с чужим заклинанием.

Где-то на периферии сознания, я слышу странный шум. Приятный, убаюкивающий... но странный. Непривычный. И смутно знакомый. Будто я снова в гостях у дяди Федерика и Анны, в их замке на берегу моря… Точно. Именно так шумит море.

Откуда в Замайре море?

Сонно застонав, переворачиваюсь на спину. И, разлепив глаза, с непониманием смотрю на прозрачный балдахин над головой. Полотнища белого тюля колышутся от лёгкого солёного ветерка. Лёгкие наполняет свежий воздух…

Испуганно выдохнув, озираюсь по сторонам. Комната, смутные очертания которой просматриваются через ткань балдахина, мне совершенно не знакома. В нескольких метрах от кровати виден выход на террасу, широкие раздвижные двери, открытые настежь, а за ними… небо, и море, и какие-то цветы… О боги.

Резко сев, смотрю уже на себя. На мне вишнёвое с золотом платье. То самое, которое я надела на встречу с Азимом. Я ведь пошла на эту встречу. И там был он… а потом…

О боги! Этот… этот… гад босварийский меня похитил.