Я украду твоё сердце

И для них Корим и Камэли являются главными врагами, которых нужно во что бы то ни стало свергнуть с трона, чтобы привести к власти правильного, с их точки зрения, короля. Таковым они все эти три года считали меня.

− Как сына Гедаша Босвари, известного своими традиционными взглядами и враждебным отношением к Сэйнарам? – хмурюсь я.

− Да. Несмотря на то, что я официально поддержал Корима, многие считали, что с моей стороны это всего лишь вынужденная игра на публику. И что достаточно лишь посулить мне реальный шанс занять место дяди на троне, и я сразу же ухвачусь за эту возможность. Подобные предложения в завуалированной форме уже не раз поступали мне за эти три года. Я неизменно отказывался, давая понять, что моя позиция по-прежнему твёрдая. Но заговор набирал обороты, подполье росло, начались смерти среди сторонников короля. Сначала в провинциях, потом в столице. Полгода назад случилось первое покушение на Корима. Потом они попытались убить Камэли. Мы с ног сбились, разыскивая этих фанатиков и их лидера. Но все, кого удавалась задержать, были лишь мелкой шушерой, не обладающей никакой реально полезной информацией.

− И тут ты оказываешься в Эстебеле, где тебя случайно замечает один из заговорщиков. И тебе снова делают «заманчивое» предложение, − понимающе киваю я. – Удачное стечение обстоятельств, которым вы с его величеством не могли не воспользоваться.

− Да, так всё и было, − ровным тоном подтверждает Азим.

− Если бы ты тогда мне всё объяснил, − вырывается у меня наболевшее. Вот вроде бы и могу понять, но вместе с тем… не могу.

− Ники… − вздыхает он, − я не мог и не хотел втягивать тебя в это. Твоя безопасность была и есть для меня приоритетом. Приняв решение добиваться тебя, я меньше всего хотел подвергать твою жизнь угрозе. К тому же… для меня было очевидным, что после всего случившегося, я уже не буду достаточно хорошей партией для тебя. И несмотря на свои чувства к тебе, сознательно пошёл на эту жертву ради своей страны. Это не тот выбор, который юные девушки прощают своим поклонникам.

− Ты явно с какими-то не такими девушками общался до меня, − грозно прищуриваюсь.

− Возможно, − хмыкает он, рассматривая меня с таким видом, будто я являюсь для него неразрешимой загадкой.

− И что было дальше? – возвращаю я разговор в интересующее меня русло. – Те королевские яншары, которых ты будто бы убил при побеге, они ведь живы, правда?

− Конечно. Дядя отправил их в отпуск, приказав не возвращаться в Босварию, пока всё не решится. Нам требовалось создать максимально правдоподобную видимость моего бунта против короля. Показать, что выдвинутые им обвинения стали для меня тем оскорблением, которое я точно не прощу и готов буду мстить.

− И, сбежав, ты связался с заговорщиками? – подаюсь к Азиму.

− Да.