Я украду твоё сердце

Осторожно, стараясь не задеть рану на его боку, обнимаю за торс.

Уснуть мне вряд ли удастся. Слишком уж я взволнована всем случившимся. Зато хотя бы сон любимого постерегу.

А следующее, что я осознаю, это то, что в комнате уже темно, мы по-прежнему лежим в обнимку, тесно прижимаясь друг к другу, и, кажется, сон меня всё-таки сморил.

Стараясь не разбудить Азима, я медленно отстраняюсь от него и поднимаю голову. И тут же натыкаюсь на сонный взгляд любимых чёрных глаз. Мужские губы растягиваются в ласковой улыбке.

− Как спалось, любимая? – проводит он ладонью по моей спине.

− Хорошо, − шепчу, не сдержав томного вздоха. Выгнувшись, прижимаюсь к нему чуточку теснее. – А тебе?

− Как у Праматери за пазухой, − дёргает уголками губ Азим.

И, потянувшись ко мне, нежно целует в уста, страстно вторгаясь между них языком, лаская всё глубже и откровенней, пока я полностью не теряюсь в пьянящем, чувственном удовольствии.

Застонав, обнимаю его за шею. Позволяю уложить меня на спину, навалившись сверху. К бедру красноречиво прижимается что-то твёрдое…

И вдруг тишину в комнате нарушает тихий стук.

− Ваше высочество, извиняюсь, что потревожил, но к вам тут лекарь ломится, − доносится до нас голос Самада из гостиной. − Говорит, что процедуру лечения больше никак нельзя откладывать.

Вспыхнув, я тут же пытаюсь выбраться из-под Азима. Тот на миг сжимает меня крепче, а потом всё же отпускает, вздохнув с досадой.

− Скажи ему, пусть подождёт, пока его не позовут, − гаркает раздражённо.

− По-моему тебе уже явно лучше, − со смущённым смешком бросаюсь я к своему платью. – Вот и голос прорезался.

− Ты моё лучшее лекарство, − ухмыляется в ответ его босварийское высочество, не отказывая себе в удовольствии нежить взглядом моё тело и следить за каждым движением, пока я одеваюсь. – Когда он уйдёт, мы продолжим.

− Ещё чего. Шустрый какой, − фыркаю. – Пока не выздоровеешь полностью, никаких «продолжим». Вот когда хали Тафир скажет, что ты здоров и тебе можно напрягаться, тогда и… осуществим наш брак.

− Ты сейчас серьёзно? – приподнимается на подушках Азим. Чёрные глаза вспыхивают лихорадочным огнём. – Я говорил о поцелуе, но если ты… всерьёз хочешь и готова…

− А что? Похоже, что я шучу? – замерев поднимаю на него взгляд. Но, опомнившись, продолжаю быстро одеваться. – Мы официально помолвлены. С согласия и одобрения наших семей. Я тебя люблю. И слишком сильно переволновалась за тебя, пока ты не жалея себя разбирался с врагами Босварии. А потом ещё больше испугалась, когда твой дядя сказал, что ты загоняешь себя в могилу. Так что отступать теперь не намерена. У меня было более чем достаточно времени, чтобы понять, как я к тебе отношусь, чего хочу и без чего уже не смогу. Не смогу без тебя, если ты вдруг не понял. Я хочу быть твоей женой, Азим.