Украденные прикосновения

Она симпатичная, лет двадцати пяти, и безупречно одета в коралловый брючный костюм и белую рубашку, которая так идеально отглажена, что можно порезать палец о ее лацкан.

Слева — длинный коридор с несколькими дверями с каждой стороны, но Сальваторе направляется в противоположную сторону к большой богато украшенной деревянной двери, кивая женщине за стойкой регистрации, когда проходит мимо. Он открывает для меня дверь, и я вхожу в кабинет, в котором доминирует массивный деревянный стол рядом с впечатляющими окнами от пола до потолка. Правая стена полностью состоит из книжных полок, а на другой — плюшевый кожаный диван и два одинаковых кресла. На стене над диваном висит картина с изображением заката.

Сальваторе обходит стол, чтобы включить ноутбук, затем садится на свой офисный стул и приглашает меня подойти. Я подхожу к столу, намереваясь занять одно из двух кресел для гостей, установленных перед ним, но он качает головой.

""Иди сюда"".

Подняв брови, я обхожу стол. Когда я собираюсь встать рядом с ним, он хватает меня за талию и тянет вниз, чтобы я села на его правое бедро. Я вскрикиваю и удивленно смотрю на него, но он просто подкатывает стул ближе к столу, продолжая держать меня за руку, и выдвигает передо мной ноутбук."

"""Открой приложение электронной почты"", — говорит он.

Я достаю мышь и наклоняюсь вперед, чтобы найти среди десятков иконок, разбросанных по экрану, ту, которая откроет его электронную почту. На рабочем столе царит беспорядок, что совершенно не соответствует характеру Сальваторе. Он поднимает свою правую руку с моей талии и накрывает мою, перемещая мышь к левому верхнему углу экрана.

Он нажимает на значок конверта, чтобы открыть окно входящих сообщений. ""Давай начнем с писем, которые пришли сегодня"".

Мне довольно трудно изображать безразличие, сидя у него на коленях, когда его рука снова обвивает мою талию, но каким-то образом мне удается сохранить спокойствие и открыть первое непрочитанное письмо из списка.

""Это документы на другой участок, который я планирую купить"", — говорит он рядом с моим ухом. ""Перешли это моему адвокату. Грегу Аткинсону. Скажи ему, чтобы он обязательно проверил, все ли чисто. Я не хочу повторения февральской ситуации"".

""Что случилось в феврале?"" спрашиваю я, пока печатаю.

""Появился незаконнорожденный сын предыдущего владельца и заявил о своем праве собственности"".

Я заканчиваю письмо, отправляю его и открываю следующее.

""Я полагаю, у тебя нет дяди в Южной Африке, которому нужны деньги на операцию на мозге"".

Рука на моей талии напрягается. ""Нет"", — говорит он, его губы слегка касаются мочки моего уха.

Мне нужно, чтобы он перестал меня трогать. Это сводит меня с ума.

Так почему бы тебе не сказать ему, чтобы он прекратил? Я скажу тебе почему.