Укрощение любовью, или Уитни

Клейтон использовал ее, чтобы удовлетворить вожделение и жажду мести, и теперь отделался щедрым подарком, словно от обычной шлюхи или одной из своих любовниц, да еще предлагает, чтобы она отдала Полу свое оскверненное тело!

– О Боже, – прошептала Уитни. – О Боже!

В дверь постучала Эмили и спросила, готова ли Уитни к отъезду.

– Сейчас спущусь, – хрипло отозвалась девушка и добавила, с трудом выдавливая слова, стараясь побороть судорогу, сводившую горло: – Ты… не знаешь, каким образом герцог попал на свадьбу? Значит… значит, Элизабет все-таки решила его пригласить?

– Д-да, – пролепетала Эмили радостно и почему-то немного виновато, – разве теперь ты не рада этому?

Комната пошатнулась и наклонилась. Уитни попыталась вскочить со стула, боясь, что сейчас ее вырвет, но ноги отказывались двигаться. Жадно втягивая в себя воздух, она продолжала сидеть. Головокружение медленно улеглось, оставив лишь тупую боль в висках, усиливавшуюся с каждым мгновением."

"Так значит, Клейтон пришел не из-за того, чтобы увидеть ее, его просто пригласили, осознала Уитни, сгорая от унижения. Поскольку документы и записка датированы прошлым месяцем, он, естественно, думал, что она давно ознакомилась с ними. Безумный истерический смех разрывал легкие, угрожая вырваться наружу. Он всего-навсего решил принять приглашение Элизабет и как, должно быть, злорадствовал, когда она с обожанием смотрела на него!

И не только смотрела!

Уитни снова побагровела от стыда и ярости, вспомнив, как она прислонилась к нему! Позволила обнять себя за талию! И этот коварный, гнусный, самодовольный распутник, вероятно, посчитал, что она снова дает ему повод попользоваться ее телом! Возможно, даже собирается после банкета отвезти ее к себе и, учитывая поведение Уитни, уверен, что та согласится на все.

Уитни закрыла лицо ладонями и громко застонала. Клейтон будет на банкете. Ей придется выдержать еще и эту встречу.

Не прошло и получаса, как Уитни спустилась вниз, где ее ждали Эмили с мужем. Девушка выглядела немного бледной, глаза подозрительно поблескивали, но голову держала высоко, губы были упрямо сжаты. Внешне она казалась сдержанной и невозмутимой, но это было тем самым затишьем, которое иногда предшествует урагану, набирающему силу, перед тем как разразиться над головами несчастных.

Первое, что сделала Уитни, оказавшись в доме деда и бабушки Элизабет, мило улыбнулась красавцам шаферам. Клейтон как-то обвинил ее в пристрастии окружать себя как можно большим количеством поклонников, именно этим она и собиралась сейчас заняться.

Ей и шаферам поручили в качестве почетных гостей приветствовать приезжающих на бал.