Укрощение любовью, или Уитни

Лакей явился с известием, что его светлость отправился в загородное поместье брата и вернется в Лондон завтра утром.

Эмили выглядела одновременно сокрушенной и обрадованной.

– Он слишком устанет, чтобы прийти вечером на прием, – вздохнула она."

"– Он обязательно будет, – с веселой уверенностью возразила Уитни.

После ужина Эмили попыталась было завести разговор о Поле и герцоге Клейморе, однако Уитни очень спокойно, но твердо объявила, что не желает обсуждать ни того, ни другого, и, чтобы смягчить резкость отказа, призналась лучшей подруге с уморительными шутками в том, как заманила в ловушку беднягу Питера и вынудила его сделать предложение Элизабет.

– Элизабет, Питер и их родители вместе с миссис Мерритон и Маргарет сегодня утром выехали в Лондон почти одновременно со мной, – смеясь, закончила она рассказ. – Отправились заказывать Элизабет приданое.

– Скажи мне кто-нибудь несколько лет назад, что ты будешь подружкой на свадьбе Элизабет, я бы посчитала такого человека безумцем! – покачала головой Эмили.

– Думаю, она и тебя попросит быть подружкой на свадьбе, – заявила Уитни. – Они будут венчаться в Лондоне, поскольку здесь живут почти все родственники Элизабет и Питера.

* * *

С самого полудня субботы Уитни не позволяла себе задумываться о предстоящей встрече с Клейтоном. Она и Кларисса все утро ездили по поручениям Эмили, и на обратном пути Уитни попросила кучера Арчибалдов завернуть в парк. Она оставила горничную в открытой коляске, а сама медленно побрела по дорожке между клумбами с только что высаженными хризантемами.

Уитни сказала тете Энн, что Клейтон к ней безразличен, но сама знала, что это не совсем правда. Он утверждал, что «хочет» ее, а это означало, что он ее желает. Уитни уселась на скамейку, ощутив, как загорелись щеки при воспоминании о его теплых губах, руках, ласкавших ее тело.

Она перебрала в памяти все их встречи, начиная с того первого раза, когда увидела Клейтона. Он стоял у ручья, прислонившись к стволу платана, наблюдая, как она подставляет солнцу босые ноги. Они уже были помолвлены в тот день, а она приказала ему убираться из своих владений. Уитни испытала прилив справедливого негодования при мысли о том, как он избил ее хлыстом, но злость тут же испарилась – ведь она заслужила наказание. Улыбка коснулась губ девушки, как только перед глазами встала сцена того вечера, когда они играли в шахматы. Румянец на щеках стал еще ярче, когда она вспомнила, как горели ее губы от его поцелуев.

Клейтон желал ее. И очень ею гордился. Она поняла это на балу у Ратерфордов. Конечно, он не любит Уитни, но она ему не безразлична, иначе его не ранили бы все те ужасные вещи, которые она сказала в тот день возле беседки.