Блейз Уиндхем

Я в этом уверен. Мы можем без опасений любить друг друга, Блейз! Не отвергай меня, любимая, ибо, поступая так, ты разбиваешь мое сердце!

— О Гэл! — воскликнула Блейз, понимая, что совершает безумный поступок, но не в силах устоять. — Люби меня, мой повелитель!

Рассудок предостерегал ее: она еще пожалеет о своих словах. В конце концов король предаст ее. Однако после смерти Эдмунда она страдала от тоскливого одиночества, ей недоставало наслаждений, которые испытывают вместе мужчина и женщина. Короля не следовало отвергать, так зачем же медлить, не давая себе насладиться? Хуже, чем сейчас, ее положение уже не станет. В сущности, ее давно уже поздравляют с тем, что ей удалось завоевать благосклонность короля.

Понимая, что одержал победу, Генрих Тюдор покрыл ее лицо страстными поцелуями, склонился над грудью Блейз и попробовал на вкус сначала один, а затем другой сосок.

Его зубы осторожно прикусывали нежную плоть, и по всему телу Блейз разбегались волны удовольствия. Он жадно припадал к ее соскам, заставляя ее вздрагивать от блаженства. Он коснулся коленом ее ног, и они послушно раздвинулись. Улегшись между ее ногами, он направил свое громадное орудие точно в цель одним длинным, плавным движением, которое исторгло у Блейз крик наслаждения и боли. Не спеша он отстранился, а затем вновь вернулся на прежнее место, и каждый раз он проникал в нее все глубже.

Звук, напоминающий плач, слетел с ее уст, и ее ногти впились в сильную и широкую спину короля. Ее бедра неистово задвигались, пока он заполнял ее собой, и, достигнув первой вершины страсти, Блейз закричала, вонзая ногти еще глубже в мускулистое тело.

— Вот оно что! — довольно пробормотал король ей на ухо. — У моей кошечки острые коготки! Значит, ей нравится моя любовь. Отвечай же, дорогая: она нравится тебе?

— Да, да! — задыхаясь, простонала Блейз. — О Гэл!

Не прекращай эти чудесные муки! Не останавливайся, умоляю тебя!

Чем больше он отдавал ей, тем сильнее разгоралось ее желание. Наконец-то, думал Генрих, он нашел женщину, страстность которой не уступала его собственной! Он не мог поверить, что эта милая простушка, несмотря на свою робость, способна превращаться в разъяренную тигрицу. Он свирепо набрасывался на нее, пока Блейз не изогнулась под ним, и он не излился в ее тайный сад.

Румянец отхлынул от ее лица, но теперь, пока Генрих отдыхал, ее щеки медленно начинали розоветь. Поднявшись с кровати, король прошел через комнату к столу, где стоял графин с крепким красным вином. Наполнив два кубка, он вернулся в жаркую постель и укрыл одеялом Блейз. Осторожно притянув ее в объятия, он поднес кубок к ее губам.

Поперхнувшись, Блейз глотнула крепкого вина и обнаружила, что оно великолепно подкрепляет силы.