Уходи! И точка...

"

"Понимала ли я, размышляла ли о том, что он думает, когда на меня смотрит так странно, так задумчиво, так пристально? Мне потом, спустя некоторое время казалось, что в голове было абсолютно, стерильно пусто! Я просто стояла, как человек, которого током ударило — и больно, и смертельно опасно, и без чужой помощи не оторвешься, не избавишься от притяжения его темно-карего взгляда! И, самое главное, он точно так же стоял и смотрел на меня! Не иначе как думая, что я — сумасшедшая, раз уставилась на него, как на восьмое чудо света! И сколько бы это продолжалось, я не знаю. Меня спас недовольный голос, раздавшийся за моей спиной:

— Долго мне еще ждать? У меня приём в больнице через два часа!

Мир, поставленный на паузу, ускорился — Радулов сунул мне в руки несопротивляющегося мальчика и, не оглядываясь, зашагал вслед за женщиной. А я, усилием воли заставив себя не смотреть ему в голую спину, переключилась на Алика, мысленно поздравив себя с началом первого рабочего дня!

Антон

Из окна на кухне было хорошо видно, как во дворе в беседке девушка рисует с Аликом. Она все время что-то рассказывала, спрашивала, поясняла, улыбалась и даже иногда гладила моего сына по голове. И мне почему-то было интересно, что там такого она ему рассказывает, чем так увлекает его, что Алик не отходит от неё целый день?

К сожалению, несмотря на открытое окно, мне не было слышно — беседка далеко, пацаны орут на речке и во дворе на спортивной площадке, да еще и Игорь втирает о предстоящей поездке с Захаром на чемпионат.

— Может, раз уж у Алика теперь есть няня, ты сам с Диким съездишь? — пытается увильнуть от самого неприятного и трудного Стариков.

Речь зашла о ребенке, и это был предлог для меня — забыв о намерении больше не смотреть в сторону беседки, я невольно уставился в окно снова. И завис.

Девушка со странным именем Агния — кто такое вообще придумать мог? — увлеченно рисовала на белых листах с Аликом, а сзади к ней крался Дикий! Остановившись за её спиной, парень резким и точным движением быстро закрыл ей глаза ладонями. Она выпрямилась, испуганно замерла, уронив карандаш и схватившись тонкими длинными пальчиками за его руки.

Я ни грамма не был романтиком, но отсюда, с моего места, даже я оценил, насколько красиво они смотрятся вместе. Он — плечистый, с татухами своими, с широкими ладонями, загорелый до черноты. И она… юная, белокожая, с длинной темно-русой косой, перекинутой через плечо, в белом легком сарафанчике…

— Здорово смотрятся они. Как на картинке, — подлил масла в огонь Игорь.