Уходи! И точка...

А ключ от двери у него! И совершенно не становилось легче от понимания того, что две ночи прошли нормально, что ко мне никто не заходил.

Я не ложилась. Сидела на подоконнике, вглядываясь в потоки дождя. Ходила взад-вперед. И даже начала обдумывать план побега, когда в тишине громом прозвучал поворот ключа в замке!

Взгляд заметался по темной комнате в поисках какого-либо тяжелого предмета. Почему я раньше о защите не подумала! Не нашла ничего, чем можно обороняться! Дура! Какая же я дура! Идиотка просто! Схватила вазу с цветами, стоявшую на маленьком журнальном столике, и, как только дверь открылась, запустила её в вошедшего, целясь в голову!

— Бл… ь! — раздался приглушённый болезненный шепот, а ваза, вместо того, чтобы вывести из строя возможного насильника и с грохотом упасть на пол, была поймана и прижата куда-то к телу вошедшего!

Я замерла, не веря своим ушам — это точно не дядя Юра! Это… это Антон? Одно слово. Да еще и такое короткое… Попробуй разбери! Попробуй узнай! Но я не слухом, не зрением, а каким-то другим, шестым органом чувств, поняла, додумалась, что ОН это! И опрометью кинулась навстречу!

Не думала ни о чем! Забыла от невероятной радости все на свете! Влетела с размаху в него сбоку, ударившись ладонью о злосчастную вазу и зарыдала от облегчения — потому что не перепутать с другими этих рук, этого запаха! Невозможно не узнать! Он! За мною пришёл!

— А-Ан-тон? — сквозь всхлипы выдавила из себя.

— Антон-Антон. Прекратила реветь, глупая женщина! — зашептал на ухо, обнимая за плечи, притягивая к себе крепко-крепко. — Уходить будем очень тихо и максимально быстро. Поняла?

— Да! — закусив до боли губу, чтобы успокоиться и делать, что он скажет, я в подтверждение своего слова закивала головой, не думая даже, что он не видит этого в темноте.

— Идешь за мной. Очень тихо. Ни слова, ни звука. Все вопросы потом, в машине. Поняла?

— Да!

— Хм, умнеешь на глазах!

Взяв меня за руку, он повел прочь из комнаты, а я торопливо семенила следом, крепко вцепившись в его ладонь.