Уха из золотой рыбки

 – Здравствуйте!

– Чего надо?

– Меня прислал Борис Сергеевич! Помнишь, я тут один раз в «бомжей» играла?

На губах парня появилось некое подобие улыбки.

– И чего?

– Он сказал, что ты должен ответить на все мои вопросы.

– Ладно, – охотно согласился Дима.

– Давай зайдем в кафе?

– А платить кто станет? – предусмотрительно поинтересовался парень.

– Я угощаю.

– Тогда пошли в «Сбарро», – оживился Кулак, – там пицца вкусная.

Мы устроились за столиком. Дима решил не теряться и приволок на своем подносе целую кучу еды: салат, мясо с макаронами, чесночные булочки, кусок торта… Я обошлась одним кофе капуччино, который после первого же глотка тут же разочаровал меня. Напиток оказался гадким, не имеющим ничего общего с настоящим, скорей всего, тут просто заливали кипятком содержимое бумажного пакетика.

– И чего? – спросил Дима с набитым ртом.

Я выложила на стол фотографию.

– Знаешь кого-нибудь из этих девушек?

Кулак молча уставился на снимок:

– Так обоих!

– Обеих, – машинально поправила я.

– Чего?

Я тяжело вздохнула. Все-таки преподавательское занудство иногда совершенно не к месту поднимает голову. Обеих, обоих, какая разница!

– Можешь назвать их имена?

– Чернявенькая Аська, моя полюбовница была, – спокойно сообщил Дима, откусывая сразу полбулочки, – под машину попала…

– Тебе ее не жаль? – снова проснулся во мне учитель.

– Все под богом ходим, – рассудительно ответил Кулак, – сегодня есть, завтра ау! Нормальная девка была, не зануда.

– А вторая?

– Настька, тоже ничего, но та повыпендристей будет. Намучился я с ней в машине! Всю дорогу гудела: зачем одеколоном облился, зачем облился…

– В какой машине?

– В «мерсе».

– У Насти имелся «Мерседес»? – Я притворилась удивленной.

– Не…

– А говоришь, вы ехали в автомобиле.

– Ну!

– Значит, он был у нее?

– Не…

– Погоди минутку, – велела я и пошла к стойке за пиццей.

С Димой следует говорить, лишь основательно подкрепившись. В отличие от капуччино лепешка, покрытая помидорами с сыром, оказалась выше всяких похвал, я быстро проглотила кусок и велела:

– Сделай милость, расскажи по порядку."

"– Этта зачем? – напрягся Кулак.

– Борис Сергеевич велел, – опять нагло соврала я, – так и сказал: передай Диме, что приказываю быть откровенным.

– Ну раз Борис Сергеевич, – мигом купился не слишком далекий Кулак, – тогда да, могу.

Бесконечно экая, кашляя, ковыряя в носу и потирая в затылке, он завел рассказ. Вкратце суть оказалась такой.

Летом, какого числа, Кулак не знает, зато хорошо помнит, что было ужасно жарко, к нему подошла Ася и, вертя в руках журнал «Лиза», попросила:

– Слышь, Дим, охота заработать?

– Делать чего? – полюбопытствовал любовник.