Скрытая угроза

Что же тогда было нужно похитителям от американского дипломата?

– Информация, – выдохнула Вероника.

– Совершенно верно, – Егоров утвердительно кивнул. – А теперь скажите: кто из работников посольства обладает самой ценной информацией?

– Сотрудник разведки.

– Вот именно. А Уотерс, судя по его возрасту, был не рядовым разведчиком... – Егоров на секунду задумался. – Далеко не рядовым, раз американцы направили к нам агента ФБР, чтобы выяснить его судьбу.

– И-и что нам теперь делать? – обратилась к Егорову Вероника.

– Что? – переспросил он и, приняв решение, повернулся к Колесникову. – Игорь, на тебе фоторобот. А мы с вами, Вероника, – Андрей взял девушку за руку, – прокатимся до Таганской площади.

* * *– На Таганку в другую сторону, – поправила Егорова Вероника, когда они на его «Шкоде» выехали с Лубянской площади.

– Проедем мимо посольства, – ответил девушке Егоров.

Угрюмое, несмотря на светло-желтый цвет фасада, здание американского посольства с гербом Соединенных Штатов над входом и звездно-полосатым флагом на крыше возникло в лобовом стекле через двадцать минут. Егоров считал, что угрюмый и мрачный вид зданию придают унылые очереди обращающихся за американской визой перед входом. Подавляющее большинство этих людей и не помышляет о том, чтобы остаться в Соединенных Штатах, а желает получить обычную туристическую визу, но в силу бюрократизированного американского законодательства все желающие посетить США должны доказывать, что не являются потенциальными эмигрантами. Многие приходят сюда по нескольку раз, представляя посольским чиновникам в доказательство своих слов все новые и новые документы. Но, несмотря на это, обыкновенному туристу, не имеющему солидного счета в банке и многомиллионной недвижимости, получить визу практически невозможно. Страна, на словах борющаяся за защиту прав человека во всем мире, на деле отказывает гражданам иных государств в одном из основных общечеловеческих прав – праве свободного перемещения.

– Андрей Геннадьевич, о чем вы задумались? – нарушила молчание Вероника.

– О правах человека, – грустно усмехнулся Егоров.

Лицо Вероники вытянулось, а брови изумленно взлетели вверх.

– Вы серьезно?

– Не берите в голову, – ухмыльнулся Егоров. – Лучше засеките время, сколько мы будем ехать до Таганской площади.

Дорога заняла около получаса.

– Двадцать девять минут, – сверив время по своим наручным часам, констатировала Вероника.

– А Уотерс выехал из посольства в двенадцать сорок... плюс-минус десять минут... значит, здесь он мог быть в тринадцать – тринадцать двадцать, – размышлял вслух Егоров.

Отыскав свободное место у кромки тротуара, он свернул туда и остановил машину.

– А теперь давай немного погуляем.