Угрюмый герой

В этом правиле лишь одно исключение — только чистокровная гоблинша может родить от чистокровного гоблина нормального ребенка. Если невысокий жилистый зеленокожий обрюхатит женщину любой другой расы (или их смеси), то его потомок в обязательном порядке будет страдать тяжелыми психическими расстройствами. Потомки этих психов — тоже. Исключений нет. Пенисы гоблинов существуют только для их очаровательных и чистокровных женщин. По большей частью это и является причиной, почему мелкие, хитрые и невысокие гуманоиды по прежнему живут кочевым родоплеменным строем.

Две верхних позиции в моем листе смертных врагов занимают Аврора и Саломея Аддамсы, дочь и жена известного пирата и ученого Станислава Аддамса. И если доченька, прозванная Суматохой, просто неадекватное существо с чудовищной магической мощью и странными способностями, то её мамуля, воплощенная разрушительная стихия по прозвищу «Смешливая Пикси», самая одиозная и жестокая пиратка известной истории. Учитывая, что обе эти женщины являются массовыми убийцами, то моё предубеждение против детей гоблинов имеет под собой обоснование размером с Эверест.

Но мне нужен транспорт. Да и товарищ надежный не помешал бы. А кто может быть надежнее, чем слабенькая полукровка на дирижабле посреди континента пусть не отпетых, но всё-таки расистов?

Придя в себя и обнаружив, что некий серокожий упырь грязно воспользовался доступом к беззащитному девичьему телу, замотав оное в тоненькое драное одеяльце с витками веревки поверх, Стелла продемонстрировала нам с Волди недюжинное знание нецензурных выражений. Когда у неё кончились слова на октаре, девушка, не делая ни малейшей паузы, перешла на дросик, изрядно тем самым меня радуя. Пришлось подождать минут пятнадцать перед тем, как красноголовка заподозрила что-то неладное, разразившись матерным вопросом:

— Какого;*;:%:* хЁ№ ты меня замотал, собака двуногая, бешеная?!

— Потому что не знал, что от тебя ждать. Пой, птенчик. Чем скорее споешь, тем быстрее расправишь крылышки. В чем твои заскоки?

Я, еще живя в Незервилле с двумя девочками-подростками понял, что пытаться воззвать к здравому смыслу у кипящих силой юности организмов дело довольно безблагодатное. Пусть даже Элли ничем не кипела, будучи вполне себе рассудительной девочкой-призраком, но зато полностью и во всем поддерживала вполне живую Эльму, которая и рада была стараться за обеих в плане наведения суеты. Приходилось идти на уловки, ибо юности не свойственно понимание хрупкости жизни. Воспитывать приходилось через лишение сладостей, ну а в самых крайних случаях преступницы и хулиганки лишались доступа к холодному и огнестрельному оружию.