Угонщица

Сергей, который недалеко от нас тягал штангу, бросил ее и прибежал с возмущенным лицом:

- Я не понял! Чего расслабились? Быстро на дорожку и вперед!

- Ой, не могу-у-у, - стонала я.

- Заметь, зануда, я итак на дорожке, - бросила невозмутимо Оксана, продолжая переставлять тяжелые ноги.

Вечером я сидела на кухне и смотрела на противное вареное яйцо. Этой мой ужин. Тяжело вздохнула и потянулась к яйцу. Зазвонил мобильник. Еще неделю назад я бы рванула к нему, сшибая все на своем пути, в ожидании звонка от Эмиля. Но новая я, абсолютно спокойно шла к телефону, зная что вечером, он позвонить точно не может. Звонил Вася.

- Привет, - спокойно ответила я.

- Привет. Дома?

- Ага.

- Зайду?

- Ага.

Я уставилась на телефон, когда сбросила его. Что это. Снова с цветами? В дверь позвонили. Я открыла не глядя.

- Ну, привет! - Васька улыбался во весь рот. Почему то был загорелым, вкусно пахнущим и эта его новая прическа однозначно придавала ему вида пацана шалуна. Хм, симпатичный мальчик.

- Ну, привет! Чего такой веселый?

- Вот! - он сунул мне в руки пластиковую коробку с разными пирожными. Боже, чего там только не было, и корзинки с цыплятами как в детстве, и эклеры, и трубочки и еще всякая всячина.

- Ва-а-ась, я тебя убью! - я сморщила нос, - Блин, ну я же худею!

- Когда ходят в гости или приходят гости - никто не худеет! - мудро изрек он, разуваясь, и абсолютно по-свойски отправился на кухню.

- Придется есть, - тяжело вздохнув, сказала я и вскрыла коробку на кухонном столе.

После пяти минут чаепития телефон издал писк. Эмиль спросил, чем я занята. Я сфотографировала коробку полную сладостей и ответила, что объедаюсь. В ответ получила разгневанный смайл.

- Дай трубочку с кремом, - попросил Вася, усаживаясь напротив меня, - Он пишет?

- Ага, - ответила я, протягивая ему трубочку. Я отложила телефон, хотя он продолжал пищать.

- Все хорошо? - спросила Вася.

- Ага, - ответила я, слизывая крем, - ты как?

- Нормально. Меня повысили.

- О, класс! - я правда обрадовалась за него.

Васька рассказал о работе, о родителях, я хотела передать привет его маме, но не стала. Мало ли как это будет воспринято. Вообще я разговаривала с ним спокойно, как с другом, и еще я заметила, что с его стороны тоже нет тоски, какая была раньше. Он не смотрел на меня печальными глазами сенбернара, как раньше.

- Васька, знаешь, ты классно придумал, чтоб мы попытались общаться, как друзья, - перебила я его.

- Почему?

- Просто хорошо. Спокойно.

Он криво улыбнулся, затем откусил трубочку.

- Ты меня простил? - спросила я его.

- Да.

Мы замолчали.

- Знаешь, - сказал он, отодвинув кружку в сторону, - сейчас легче. Я думал не смогу тебя отпустить. И простить не смогу. А сейчас как-то...легче стало что ли...

Я молчала.