Медвежий угол

 – Вот следователь из Светлозорска приезжал – у того все написано как надо. Наверное…

– Вы мне сказки не рассказывайте, – сердито ответил Гуров. – Следователь – это одно, а у вас тоже голова на плечах имеется. Вы первыми здесь были, и ваши показания особенно важны! У следователя, между прочим, тоже в бумагах хаос сплошной – у вас, что ли, списывал? А из вашей писанины ничего нельзя уразуметь – ни как труп лежал, ни как он одет был…

– Да как одет? Обыкновенно одет, – буркнул Савинов. – Типа камуфляж на нем был – верно, Никита? А лежал вниз головой со свернутой шеей. Чего там в темноте разберешь? Я и не разглядывал его больно-то – петлю на туловище закрепил и – вира! Ребята его вытащили, а потом меня тоже. Вам сейчас хорошо говорить, а там с ним возиться не больно интересно было. Труп уже вонять начал, и на башку все время камни падали – того и гляди засыплет.

– Ну вот чтобы у вас не создавалось впечатление, что я только говорить умею, мне и хочется вниз спуститься, – спокойно заметил Гуров. – Значит, веревки никто не догадался захватить? Ладно, моя промашка. В следующий раз захватим.

– В следующий раз? – забеспокоился Калякин. – Вы опять сюда собираетесь, что ли?

– Обязательно, – сказал Гуров. – Но вы зря беспокоитесь. Вас я больше тревожить не стану. Признаться, разочаровали вы меня, мужики! Честно скажу, к себе в отдел я бы вас не взял. Поворачиваетесь вы долго.

Оба милиционера угрюмо молчали, отвернувшись в разные стороны. Гуров почувствовал, что сейчас он вряд ли сможет рассчитывать на симпатию даже покладистого сержанта. Но Гурова уже действительно начинали сердить их нарочитая безалаберность и равнодушие. Они не понимали простейших вещей и, кажется, ничуть из-за этого не расстраивались. Таков был их жизненный принцип, с которым Гуров никак не мог согласится. Однако он опять заставил себя вспомнить о цели своей поездки и не стал развивать свою мысль.

– Занимайтесь старушками на базаре, – добродушно сказал он. – Пьяных ловите – или что вы там умеете… На каждого верблюда грузят столько, сколько он сумеет унести. Спасибо, хоть место показали.

– Пожалуйста, – вызывающе отозвался Савинов. – Значит, можно назад ехать?

– Ничего другого не остается, – сказал Гуров. – Лучше с охотником сюда съезжу. Может, он толковее вас окажется.

Обратный путь проделали в полном молчании, недовольные друг другом. Правда, в отличие от своих спутников, Гуров пытался про себя проанализировать ситуацию, задаваясь вопросом, не перегнул ли он палку с самого начала, и так ли уж виноваты его провинциальные коллеги, и на самом деле не дурное ли самочувствие всему виной.

Ни к какому окончательному выводу он так и не пришел. Почему-то накатовские служители закона вызывали у него какую-то подсознательную неприязнь.