Темные удовольствия

Разница в тоне кожи, определенный блеск при правильном освещении — с этим ничего нельзя было поделать, кроме еще более болезненных и бесплодных операций. Я отказался. Что было, то было."

"Хуже всего то, что отец запретил врачам давать мне обезболивающее. Якобы потому, что я боролся с зависимостью, но на самом деле это было наказание. Сорен, вероятно, наслаждался мыслью о том, что я пройду через мучительное выздоровление без малейшего намека на помощь, чтобы справиться с дискомфортом.

Теперь я действительно был сломленным, как любила повторять Колетт. С таким же успехом моя внешность могла отражать мою сущность. Почему бы и нет?

Тихий стук в дверь вывел меня из задумчивости.

— Эй? Ты одет? — Тренер Эрик просунул голову в дверь.

— Да, тренер.

— Что ж, это приятная перемена. — Новый тренер «Геллионов Хэйд-Харбора», университетской хоккейной команды, удостоенной наград, улыбнулся мне. Он также был моим тренером в старшей школе.

Эрик вошел и поставил на стол пакет.

— Виноград и спортивные напитки, — сказал он, указывая на него.

Я смотрел, как мужчина распаковывает угощения.

— Спасибо, что пришли.

— Не за что. После всех лет, что мы тренировались вместе, я не мог не побеспокоиться о своем лучшем защитнике.

Тренер Эрик придвинул табурет и сел рядом со мной.

Было что-то в его взгляде, что вызвало во мне тревогу.

— Хотя я не могу сказать, что это чисто светский визит, — сказал он.

Дерьмо.

— Я говорил с твоим отцом, Беккет. Теперь я хочу услышать это от тебя. Это правда?

Это был мой худший кошмар, ставший реальностью. Он знал. Тренер был здесь, чтобы выгнать меня из команды еще до того, как я попал в нее. Я никогда не стану Геллионом УХХ.

Я сглотнул, слова застряли у меня в горле.

Эрик заметил выражение моего лица. Он всегда умел читать своих игроков. Он знал меня лучше, чем мой отец.

— Тебе ничего не грозит, сынок. Я беспокоюсь о тебе.

— Я ничего не принимал уже несколько недель, — честно признался я ему.

Плечи Эрика слегка опустились, выдавая его разочарование от моего подтверждения наркозависимости. К такому взгляду я привык. Я был разочарованием для всех, кто когда-либо заботился обо мне.

— Ты же знаешь, что не можешь быть в «Геллионах» даже с намеком на употребление наркотиков. Твой отец сказал мне, что будет еженедельно тестировать тебя. Он готов делиться со мной результатами. Это единственный способ, которым я могу включить тебя в команду. Мне нужно знать, что ты чист.

— Да, сэр.

Что еще я мог сказать?

Эрик долго смотрел на меня, оценивая парня, которого знал с раннего детства. Мне было интересно, что он видел. Если во мне и было что-то хорошее, то это мог разглядеть только он. Эрик протянул руку и мягко сжал мое плечо.

— Держись, Беккет. Со временем все наладится.

Он встал и грустно улыбнулся мне.