Темные удовольствия

Что же, черт возьми, произошло?

В довершение к худшему дню в истории, позже, когда я направлялась в библиотеку, мне пришло сообщение с неизвестного номера. Я открыла его и остановилась как вкопанная на тротуаре.

Привет, Номер 8, я просто хотела сообщить тебе перед следующей тренировкой, что мы сокращаем количество новичков в команде, и поэтому ты не проходишь в следующий тур отбора. Удачного года и, пожалуйста, попробуй снова следующей осенью!"

"Я еще раз прочитала сообщение, а затем убрала телефон. Конечно. Я была обречена никогда не попадать в команду поддержки. Не знаю, почему я думала, что смогу это изменить. Подавив жжение в груди, вызванное отказом, я продолжила путь к библиотеке.

Внутри меня бушевала буря эмоций, и, честно говоря, я не знала, как именно она вырвется наружу. Я могла кричать, могла плакать. Я могла маниакально смеяться несколько часов. Я могла делать все это одновременно. Отказ от группы поддержки, казалось, только подтвердил неуверенность, которая постоянно мучила меня. Мне здесь было не место. Я не могла позволить себе этого. Я была недостаточно хороша. Глупо было думать, что я могу быть частью студенческой жизни, как другие люди. Моя голова была переполнена сомнениями в себе и критикой. Вода находит свой уровень, и я находила свой.

Я поплелась в сторону библиотеки. Из-за похмелья вытеснять негативные мысли из головы было сложнее, чем обычно. Мне просто нужно было, чтобы этот день закончился. Если я смогу пережить его, все наладится.

Я была на полпути к библиотеке, когда заметила знакомую светлую шевелюру возле тележки с кофе. Я резко повернула и направилась к нему. Мне было интересно, как дела у кузена Изабель, а еще мне не давали покоя провалы в памяти после вчерашнего вечера.

— Привет, Уорнер! — Я коснулась его руки, чтобы привлечь внимание.

Он подпрыгнул, расплескав горячий кофе по запястью.

— Прости! Давай, я помогу тебе. — Я схватила несколько салфеток и промокнула его рукав.

— Все в порядке, забей, — быстро сказал он, оглядываясь по сторонам. — Перестань прикасаться ко мне, — рявкнул он.

Я отшатнулась назад, уронив руку.

— Прости. Я просто хотела узнать, как ты себя чувствуешь. Изабель сказала, что тебя избили?

Он хмыкнул.

— Серьезно? — Его лицо представляло собой месиво — разбитая губа, множество синяков и черные фингалы под глазами.

— Да, серьезно. Почему я не должна спрашивать тебя серьезно?

Он снова огляделся, заметно нервничая.

— Неважно. Мне нужно идти.

— Подожди! Я хотела спросить тебя о прошлой ночи, — сказала я, догоняя его.

Он шагал по извилистым дорожкам кампуса, и мне стоило больших усилий не отставать.

— Что насчет нее?

Я отчаянно не хотела, чтобы между нами что-то произошло. Я поняла это только тогда, когда представила, как целую Уорнера.