Удиви меня

Вода — это не прохладительные напитки. Вот они нам сейчас и будут искать новые места.

— Господи…

— Девушка, можно вас? — машу рукой стюардессе, подзывая к себе.

— Уже после взлета, — наимилейшим голосом отвечает стюардесса.

— Нет, до взлета. В обязанности бортпроводников входит как раз осмотр пассажиров перед взлетом и то, что вы и ваши сотрудники халатно отнеслись к этим обязанностям в силу того, что вы устали, у вас много работы или просто не хотели, нужное подчеркнуть, так вот… о чем я? Ах да, о том, что у меня сломан ремень безопасности. А у моего мужа сломано сиденье. Так вот эту проблему нужно решить до взлета и предоставить нам пригодные для взлета места.

* * *Двадцать минут спустя

— Ну вот, раз не купил билеты в бизнес-класс, Полина Сергеевна постаралась во благо нашей семьи и комфортного полета. Мог бы и спасибо сказать.

— Спасибо, Полина Сергеевна.

— Пожалуйста, Сергей Александрович, — удовлетворенно произношу я, наблюдая за тем, как Сережа тянется к моему уху, при этом улыбаясь.

— Я видел, как ты доломала ремень безопасности, — вкрадчиво шепчет мне на ухо.

— А ты еще сообщи об этом всему самолету, — шепчу в ответ, кусая мочку его уха.

— Будешь плохо себя вести — сообщу.

— Ага. Попробуй.

Несколько секунд и Алмазов разрывает упаковку с сухариками. О, Господи.

— Что ты делаешь?!

— Еще ничего. Но собираюсь есть, — тянет руку в упаковку и подносит ко рту.

— Сережа!

— Да что?

— Руки грязные. Вот что.

— Нормальные.

— Чем чище руки, чем тверже кал.

— Полина…

— Что?

— Молчать. Вот что.

— Помой руки. Я не хочу, чтобы ты провел отпуск на унитазе, — зло шепчу ему на ухо.

— Не волнуйся, — кидает в рот сухарики, демонстративно разжевывая их. — Если что, будем сидеть на нем вместе. Все только вместе, — насмешливо произносит он, накрывая мои губы своими. — Андестенд? — отрываясь от меня, шепчет Алмазов и тут же тянет к моему рту сухарик, который я почему-то беру в рот.

— Соу-соу.

— А надо, чтобы андестенд, — вновь тянется к моим губам, чмокая их слишком громко для общественного места.

— Все, все, андестенд.

Конец"