Снайперский удар

что, считает, что большие звезды на его погонах являются гарантией его физической неприкосновенности и его кишки не намотает на провода при подрыве? Или что эти босоногие обезьяны его в плен не возьмут и все наши грандиозные планы не выведают? Чей это полковник?

– Мой, товарищ командующий. – В первом ряду поднялся молодой генерал-майор, руководитель одной из оперативных группировок.

– Конечно, сейчас вы скажете, что это была его самодеятельность и вы никакого отношения не имеете к такому бесконтрольному поведению ваших подчиненных, так, генерал? – Сурин сверкал глазами и срывался на повышенные тона.

Присутствующие сидели тихо, стараясь не встречаться взглядами с командующим, который разошелся в справедливом гневе.

– Он мне докладывал о своем намерении… – ответил генерал-майор, потупив взор. – Но разрешения я не давал.

– А инструктаж вы ему давно проводили по мерам безопасности? Давно вы ему напоминали о моем приказе о недопустимости выхода за пределы охраняемых зон?

– Ежедневно доводим, товарищ генерал, – отозвался ответчик.

– Так. – Генерал-полковник утратил к этой теме интерес и остановил свой взгляд на начальнике разведки: – Седов!

Главный разведчик группировки, сидящий за столиком сбоку, в ряду руководителей отделов и служб штаба группировки, мгновенно встал.

– Может быть, вы мне самому прикажете выдвинуться в интересующий район для сбора информации? Почему ваши подчиненные разведывательные органы столь героически бездействуют?

Седов промолчал, считая возможным вначале понять, о чем дальше пойдет речь, а уж потом как-то реагировать. Командующий не заставил себя долго ждать.

– Что вы молчите? У вас под носом происходит черт знает что, а вы этим носом даже не поведете. Духи скоро по расположению авиабазы будут ходить как по Арбату, а вы мне так и будете продолжать докладывать, что «наличие в назначенном районе вооруженных групп не установлено», так?

– Товарищ генерал… – сказал Седов для того, чтобы хотя бы не молчать. – Мы провели… – но тут его перебили.

– Результат где, полковник? – Сурин поднялся со стула и уперся руками в стол. – Разведка уже три дня не может дать объективную картину обстановки, складывающейся в районе предстоящей операции! Я вчера просил вас активизировать действия подчиненных органов, но вы, как я вижу, проявив преступную халатность и непонимание значимости момента, успешно проигнорировали мою просьбу, положив, как получается, на меня с прибором.