Снайперский удар

Грохот выстрелов, болтанка, Я как мышь в консервной банке, По которой – молотком!

Работу летчика-штурмовика Коля в своей песне «Грачи прилетели» показывал, как говорится, изнутри. Показывал очень эмоционально – аж дрожь пробирала. Паша поймал себя на мысли, что никогда не задумывался, что происходит в кабине самолета во время выполнения атаки. А ведь по ним с земли в ответ стреляют, и даже иногда сбивают… и каково ему, летчику, там, одному, в одиночку ведущему бой? И каково ему из этого боя возвращаться?

Дальний, ближний, вот бетонка. Парашют мой хлопнет звонко. Зарулю, уйду в сторонку. И меня – не тормошить!

Где-то бой, но это – где-то, А вокруг – такое лето. Техник даст мне сигареты. Эх, ребята, БУДЕМ ЖИТЬ!

Николай поднял над собой гитару. В голове звенело: будем жить…

Вернувшись в палатку, Паша растянулся на койке и по привычке прокручивал в голове события прошедшего дня. Поразмышляв над возможностями, раскрывающимися перед электронной разведкой, он незаметно для себя начал впадать в приятную дремоту, которую не могли прервать даже периодически взлетающие самолеты, невесть куда уносящие «бомбы и ракеты» «вколачивать их в цели, словно гвозди», по самому прямому назначенью.

Утром, после инструктажа, доводимого до всех старших планируемых колонн, Паша в строго назначенное время вывел свою «нитку» за пределы базы и устремился на юг, вспоминая, каких вкусных куриц они купили по дороге в первый день своего пребывания в этой стране.

График движения был очень плотный, а будучи старшим колонны, Паша чувствовал за собой всю ответственность, и поэтому ароматных кур гриль, которых можно было купить в Тартусе, им пришлось миновать.

– И так уже не укладываемся в график, – перед самим собой оправдывался Шабалин.

Время от времени он по связи выходил на старших машин, предлагая увеличить скорость и сократить дистанции, но это помогало мало – колонна шла хоть и быстро, но не так, как хотелось того Шабалину.

– Барс, – в эфире появился Денис Стешин. – Я тут подумал, что, если меня вдруг разжалуют за какое-нибудь воинское преступление, например, за мародерство, из меня замечательный получится матрос-водитель в ДШБ… – эфир не смог скрыть его хохот.

– Да ладно, – подыграл Паша. – Быть тебе старшим матросом…

По общей связи пришло сообщение, что за Аль-Фиргусом боевики обстреляли колонну и уничтожили машину боевого охранения, вышедшую с блока на помощь, все колонны, следующие по трассе номер тридцать два, были остановлены – пока вертолетчики долбили прилегающие к месту засады окрестности, а саперы не провели инженерную разведку опасных участков.

Паша сверился с картой – до блокпоста, перекрывающего перекресток на Пальмиру, оставалось около десяти километров.