Снайперский удар

И если для полицейского снайпера, которому обычно нужно поразить только одну цель, значение имеет именно первый выстрел из холодного ствола, то военному снайперу непредсказуемость обстановки на поле боя чаще всего задает задачи поражения многочисленных целей при нагретом стволе. Именно поэтому полицейская снайперская винтовка всегда пристреливается на холодный ствол, а военная снайперская винтовка – на горячий. Для себя Паша, конечно, знал, какую разницу в попаданиях покажет винтовка при холодном стволе, и поэтому, подводя сейчас метку прицела в центр висящего люка, он совершенно ясно представлял себе, куда ударит пуля.

– Пробуем? – спросил Паша, выставляя на прицеле требуемое расстояние.

Денис слился с прибором наблюдения.

Паша загнал патрон в ствол, затем поворочался, меня положение тела, чтобы занять самую удобную позу, замер. Снова подвел метку прицела к центру люка, затем, зрительно отмерив половину расстояния до нижнего среза, перевел метку туда – прикидывая, что пуля в таком случае должна будет упасть в центр или чуть выше – имея установку прицела на 200 и холодный ствол.

Руки были в тактических перчатках, хорошо впитывающих пот и обеспечивающих хорошее сцепление с оружейным пластиком.

Замерев и успокоив дыхание, Паша начал выбирать спуск. Вот спусковой крючок уперся в резинку, сигнализирующую об окончании холостого хода – чтобы произвести выстрел, оставалось лишь слегка продавить этот самодельный резиновый упор.

Даже с глушителем винтовка хлопнула по ушам, скрыв, однако, вспышку пламени.

– Цель, – подтвердил Денис, увидев, как качнулся люк от удара пули.

В этот же момент до позиции долетел звук металлического шлепка.

– Командир, – добавил Стешин. – Выше центра на треть радиуса.

– Я так и предполагал, – сказал Паша. – Значит, прицел на месте, можно не париться. На разогретом стволе пули будут падать ниже центра на треть радиуса.

– О, – вдруг громко сказал Стешин. – Какой-то хрен из канавы вылез. Дальше знака метров на четыреста… садык сбежал с блокпоста?

– Где? – Еще ничего не щелкнуло в голове, никаких сигналов опасности не прозвучало, и Паша совершенно спокойно перевел винтовку влево, чтобы обозреть через ночной прицел, указанный Стешиным, участок дороги.

На дороге стоял человек, что-то нагружая себе на спину.

– Не знаю, – ответил Стешин. – По ночам с того «опорника» к нам не ходят – огонь сразу открывается.

– Кто тогда? Душара? Что-то смелый очень, в одного идти в атаку на нас, – предположил Паша, машинально считая в голове поправки для стрельбы на такую дальность.

– Может, из тех, кто с «опорников» прошлой ночью сбежал? – тоже начал гадать Денис. – Или душара, из тех, что на «опорники» заходили.

– Товарищ командир, – подал голос один из снайперов.