Снайперский удар

Тот развел руками:

– А в чем проблема? Бери, это теперь твое!

Артем прошмонал убитого им боевика, снял с шеи какой-то амулет, в карманах нашел двадцать баксов, отстегнул с пояса красивый арабский нож.

– Остальное ваше, – Бушуев милостиво разрешил остальным снайперам продолжить священный акт изъятия и справедливого распределения боевых трофеев, на языке правосудия именуемого мародерством.

– Да иди ты, – Радик Луговой выразил общее недовольство. – В следующий раз я стрелять буду, а ты наводить. Ничего нормального не осталось… все забрал… еще и шузы заставил его сбросить! Друг называется…

– В следующий раз за шузами никто не поедет, – весело ответил ему Артем. – Никто их не видел?

Осмотрелись вокруг – обуви видно не было. Видать, далеко улетели.

– Чинар, я Тибет. Мы уходим, – сообщили вертолетчики.

– Принял, – ответил Барченко. – Так, народ, по машинам!

– По машинам! – громко продублировал Паша.

Как только «Тигры» тронулись, неподалеку раздалась громкая очередь вертолетной пушки, после чего Тибет вышел на связь:

– Чинар, принимай гостей! На юг от тебя полкилометра, обнаружил двух человек. Я их прижал, вооружены стрелковкой. Или забирайте, или я их сейчас накрою «НАРами»…

Барченко толкнул водителя:

«Тигры» и «Хай-Люкс» развернулись в указанном направлении.

– Тибет, обожди! Я забираю…

Шабалин перехватил автомат – сейчас вполне могла начаться настоящая заруба: сколько он слышал историй о стойкости религиозных фанатиков и их готовности жертвовать собой в бою!

В машине чувствовалось напряжение: одно дело ехать туда, где врага разорвало ударом двух тонн авиабомб, и совсем другое, пусть даже под прикрытием вертолетов, встретить его вживую – вооруженного и, очевидно, жаждущего твоей крови.

– Спокойно, мужики, – поняв состояние соратников, произнес Барченко. – Сейчас подъедем, разоружим, свяжем. Все будет хорошо!

Подняв руки, впереди стояли два человека, одетые в американские пустынные камуфляжи, с арафатками на шеях, с разгрузками на груди и солнцезащитными очками на глазах. Руки они тянули вверх старательно, и Барченко едва заметно выдохнул.

Паша вышел из машины и, вскинув автомат на уровень глаз, остался стоять возле «Тигра», готовый в любой момент спрятаться за его броней. Со своими снайперами он никогда не отрабатывал подобные действия, и поэтому пришлось импровизировать:

Сержант, держа наготове автомат, не перекрывая линии огня для ротного, подошел к боевикам и, шевельнув стволом, приказал:

Они послушно легли, сложив руки за головой.

– Слава, держи их на мушке! – крикнул Паша, двинувшись вперед.

За ним пошли Барченко и Бушуев.

Паша подошел к задержанным, остановившись метрах в пяти, и стал с интересом разглядывать лежащих на песке мужчин.