Война за Проливы. Решающий удар

Только ее он сейчас любит и лелеет в своих мыслях, тем более что выдержавшая первый натиск французских войск германская армия перешла в наступление под Бельфором и уже молотит в его форты сотнями своих осадных гаубиц. Да и тяжелое уханье «Больших Берт», раскалывающих неприступные форты как орехи, слышно по всей Европе.

Мысли, высказанные кайзером в этой телеграмме, помимо стиля их изложения, не блистали ни оригинальностью, ни новизной. Мол, сначала вы сдайтесь на милость победителя, а потом поговорим, тем более что вы сами изначально хотели, чтобы австрийская корона была отдельно, а венгерская отдельно. И вообще, нечего так орать: дележ лоскутов, выпоротых из единого австро-венгерского одеяла, был осуществлен уже давно, так что прекратите трепыхаться и скажите спасибо за то, что вас решили оставить независимыми. В противном случае, если вы еще немного потянете время с капитуляцией, ваша Венгрия рискует подобно Румынии оказаться вассалом Российской империи, если не хуже. Просто и понятно, куда уж еще дальше…

Последним выступил министр без портфеля по хорватским делам Геза Йосипович. Он сказал, что на Балканах дела обстоят хуже некуда. Все воюют со всеми, и после эвакуации австрийских частей на родину самой влиятельной и могущественной политической силой стали сербы. Кроме того, в парламенте Хорватии (есть и такой) нарастают настроение на независимость от Венгрии, тем более что победители тоже не против провозглашения Хорватской независимости – и неважно, что для этого придется поступиться территориями, где большинство представляют сербы. Политики в Аграме (Загребе) настроены как можно скорее примириться с местными сербами, а то после прихода русской армии делать это уже будет поздно.

Премьер-министр Шандор Векерле хотел уже было выступить с завершающей речью, полной упреков к партнерам по коалиции, доведшим ситуацию до состояния полного нестояния, но тут прямо под окнами дворца раздалось несколько сильных взрывов: стекла жалобно зазвенели. Вслед за тем стал слышен гомон, свойственный возбужденной толпе, заполняющей ограниченное пространство, и резкие щелчки выстрелов, которые вскоре сошли на нет. Немногочисленные отряды гвардейцев ничего не смогли сделать с ворвавшейся толпой, тем более что восставшим изнутри помогли рабочие, трудившиеся на достройке Большого дворца (в нашей истории работы завершились в 1912 году). До исторических слов в стиле «которые тут временные – слазь» оставалось лишь несколько минут."

"28 июля 1908 года, полдень. Российская империя, Петербургская губерния, Гатчина, Большой Гатчинский Дворец, рабочий кабинет императора Всероссийского.