Удар мечом

Ива и так и сяк прикидывала, куда мог деться Чуприна, и не могла прийти к определенному выводу. Роман мог попасть в облаву, нарваться на случайную пулю, отправиться к Рену, если заподозрил неладное, явиться в ближайшее отделение милиции — вдруг решил выйти из лесу? — наконец, заболеть. Вариантов было много, как тропинок в лесу.

Старик Хмара ворчал:

— Ну, вот и допрыгались. Схватили Чуприну, наверное, сейчас рассказывает, как к моей хате проще пройти.

— Не нойте, — властно прикрикнула Ива на лесника, — и без вас тошно. Сегодня ночью все узнаю…

Она действительно к вечеру тоже ушла. Прощаясь, приказала:

— Если к утру меня не будет, уходите к Рену.

Мыкола принялся чистить автомат, поминая недобрым словом всех святых, которые его, непутевого, спутали с бандеровцами.

Когда рассвело, Ива постучала легонько в окно хаты Хмары. Она устало сбросила запорошенный снегом кожушок, с трудом стянула валенки.

— Все в порядке, — сказала Хмаре. — Заболел Роман, потому и исчез. Отлеживается у Евы. Завтра будет здесь. — Ива, ехидно улыбнувшись, добавила: — Наконец-то вы от меня избавитесь — завтра ночью отправимся мы с Романом в дальний путь…

Она не стала ужинать, ушла в свою боковушку, предупредив, чтоб не будили: хочет отоспаться. Ей действительно надо было отдохнуть — происшедшие за эти дни события потребовали немало сил и выдержки.

Роман Чуприна, как только добрался до Зеленого Гая, сразу же послал Еву к Малеванному. «Передай лейтенанту, — втолковывал он жене, — что мне нужно с ним встретиться немедленно. Понимаешь, очень срочно…»

Чуприна твердо решил: придет Малеванный, и он ему скажет, что пора заканчивать эту затянувшуюся игру, сколько бы веревочке ни виться, а все равно конец будет. Да, он ошибся. Да, его ошибки оплачены дорогой ценой. И поскольку платили другие, то Чуприна готов встать перед людьми: «Карайте меня и судите так, как я того заслужил».

Дальнейшая борьба действительно бессмысленна. Замахнулись трезубом[42] на солнце.

И ни жарко от этого солнышку, ни холодно.

Не хочет больше Чуприна возвращаться в лес, к Рену.

Лучше к стенке.

И с этой курьершей не хочет идти — от таких осатанелых вся беда. Пусть идут чекисты к хате Хмары и забирают ее. И еще, если требуется, Роман сам выведет их к логову Рена."

"Против кого сражались? Против народа, вот против кого. Сколько их было, тех, кто поднимал руку на народ? Петлюра… Скоропадский… Махно… Тютюнник… Всех не перечесть. По-разному кончили, а судьба у всех предателей одна: ненависть и презрение.

«Вот придет Малеванный, скажу: „Веди, как дурного бычка, на веревочке туда, куда всех нас водите… Будь что будет, все равно конец, рано или поздно…“»

Однако лейтенант Малеванный почему-то не очень торопился одобрить решение Романа.