Удачи, милый (СИ)

— Ты, кажется, Белова искала?

— Искала и нашла, — опустив глаза в пол, с грустью произнесла я, не скрывая практически своих настроений по этому поводу.

— Да? — усмехнулся Денис. — И как?

— Ближе к делу, — нахмурилась я тут же, не любила, когда начинали издалека, да еще и воду мутили. А Королев будто бы издевался, ведь можно сказать прямо, а он даже на вопрос отвечал вопросом.

— Тебе просили передать, чтобы ты его забыла. Не рыскай больше, поняла.

— В смысле? — открыла я рот, пораженная его словами.

Они были так неожиданны и резки, что дыхание перехватывало, мне будто сердце вырывали, разворотили всю грудную клетку, оставив умирать на холодном полу.

Душа корчилась от боли, скулила жалобно, но никто не мог утешить и забрать частичку ноши, чтобы облегчить мои страдания. Не было никого рядом… Я снова и снова оставалась одна.

— В прямом, — отрезал Денис, поднявшись с табурета. — Сама ж понимаешь, что неровня. Посмотри на себя, — усмехнулся Королев, — мышь. Ты, Катя, никто… твое место здесь, на дне, в этой дыре… А красный диплом поставишь потом на полочку в каморке своей и будет он пылью покрываться. Андрюха не твоего поля ягода, — ткнул он меня пальцем в плечо, а я слушала его, а сама смотрела в одну точку, будто вся моя ненависть сконцентрировалась там, и стоит лишь переместить взгляд, как вокруг все взорвется, разлетится.

— Пошел вон, — сквозь зубы прорычала я с такой злостью, что сама вздрогнула от звука собственного голоса.

Стальной тон, холодный, безжизненный. В нем не было ни капли тепла и солнечного света. Только яд, сумерки и лед.

— С удовольствием, — скривил рот Королев, — подальше от этого клоповника, пока в поры не проник запах нафталина.

Ох, как захотелось опустить ему на голову табуретку, чтобы в мозгах Королева хоть немного прояснилось. Ладно, он обзывал меня, считая пустым местом, но своими словами он задевал тех, кто был мне дорог.

Денис ничего не заслуживал, кроме презрения. Да пусть катится к своим дружкам и передает привет Белову. Пусть оба идут к чертям, а Андрей все-таки трус, заслал приятеля, у самого оказалась кишка тонка, чтобы произнести это, глядя в глаза.

— Проваливайте оба с Беловым подальше, — выкрикнула я ему в спину, когда Королев начал спускаться по ступенькам. — Его господь уже наказал, определив на больничную койку, так и поделом ему.

— Что? — вскинул Денис резко голову, прислушиваясь к моим словам. — Ты чего такое несешь, мышь?

— Идиотом можешь не притворяться. Хотя вам с Андреем не привыкать. Попутного ветра в горбатую спину, мальчики, — выкрикнула я, захлопнув дверь с яростью, вычеркивая Белова из своей жизни.