Училка и миллионер

— Привет, — Дима улыбается и наклоняется, чтобы чмокнуть меня в щёку.

Выходит по-дружески, но для меня такое приветствие оказывается неожиданным. Однако сейчас я ничуть не против, и очень надеюсь, что Макарский это увидел.

— Приветик, — тоже улыбаюсь в ответ. — Дим, спасибо, что встретил.

— Да не вопрос, — открывает мне дверь своей машины, приглашая в салон.

Внутри тепло и приятно пахнет цитрусом из «пахучки», негромко бубнит радио.

— Чего это ты, Катерина Валерьевна, так легко одета. За неделю в Сочи забыла, что в Волгограде в ноябре уже довольно прохладно?

— Нет, — смеюсь, — представляешь, плащ в аэропорту в Сочи забыла. Хорошо, что ты приехал.

Вру, но не рассказывать же ему правду.

Дима Ромашов хороший. В школу работать мы пришли в один год, только он преподаёт физику. Он приезжий, учился в Ростове, а потом вместе с матерью, которая вышла замуж за преподавателя Волгоградского политеха, переехал в Волгоград.

Димка весёлый и компанейский, отличный специалист. Ему сложно, конечно, приходится держать оборону против девчонок-старшеклассниц, не упускающих возможности мило улыбнуться молодому учителю.

— Есть хочешь? Можем, заехать куда-нибудь.

— Да, давай.

После случившегося в самолёте, сейчас я чувствую, как меня отпускает напряжение. С Ромашовым легко, в словах нет двойного смысла, да и вообще, он обычный, простой парень. Я подозреваю, что нравлюсь ему, но разве это плохо? И никаких непристойных предложений, руки не распускает, как некоторые. Мы равные, а это очень важно.

По пути мы заезжаем в ближайшую пиццерию. Народу тут много, в основном молодёжь.

— Здравствуйте, Дмитрий Владимирович! — слышится из-за соседнего столика. — Ой, и вы тут, Екатерина Валерьевна."

"Девчонки из 10 «б» машут нам из-за столика у окошка. Хихикают, неверно расценив наше с Ромашовым совместное появление в выходной день.

— Всё никак не привыкну, что теперь спокойно никуда не сходишь, — подмечает Дима. — Я вот недавно в пивбар с другом пошёл, сразу наткнулся на прошлогодних выпускников. Пришлось затариться и дома тусить.

— Ещё хорошо, что прошлогодних. А то сам знаешь…

— Это точно.

Дима берёт оба подноса с заказом, и мы присаживаемся за столик в углу напротив друг друга. Он расспрашивает о Сочи и моей поездке. Сам рассказывает, что новый муж матери снова звонил ему с предложением идти преподавать к нему на кафедру, но Дима снова отказался. Признался, что этот мужик ему не нравится, потому он и переехал в Волгоград за мамой — чтобы приглядывать за ней.

Сама не знаю, как так выходит, но во время беседы, пальцы Димы прикасаются к моим. Будто невзначай, когда он хочет обратить на что-то моё внимание, да так и оставляет их.

Мягкий, аккуратный жест, но мне хочется отодвинуть руку.