Училка и хулиган

 — Я помню — сладкое! Сейчас принесу.

Блеснул белозубой улыбкой и исчез быстрее, чем я успела возразить.

— Ой, ну и ладно, иди куда хочешь, — махнула рукой вслед ушедшему кавалеру.

Мне же лучше. Наконец-то расслаблю мышцы пресса, откинусь на спинку лавочки и вытяну ноги хоть на пару минут. Какое блаженство! Прикрыла глаза и позволила себе немного помечтать о совместном будущем с Романом.

Когда в мечтах мы с ним встречали новорожденного внука из роддома, в тишине аллеи отчетливо разнеслись звуки шагов. Нужно бы выпрямить спину, сесть изящно, как леди, а не квашней растекаться по лавке. И втиснуть измученные ступни в туфли.

Открываю глаза и натыкаюсь на холодный взгляд серых глаз. Напротив меня с самым суровым видом стоит Виктор Эдуардович. Мечты о красавчике Романе мгновенно смыла без следа волна паники, оставив только одно желание — оказаться сейчас как можно дальше от этого места.

Но то, что происходит дальше, пугает настолько сильно, что все предыдущие переживания кажутся незначительными.

Игнатов молча смотрит на меня и, клянусь, никогда прежде я не чувствовала себя настолько беззащитной. Его взгляд сканирует, препарирует, раскладывает на атомы.

Поза у него расслабленная, кисти рук спрятаны в карманах брюк, но я нахожусь в диком напряжении и уверенна, что вся его внешняя расслабленность обманчива.

Пока я трясусь перепуганным зайцем под его пытливым взглядом, Виктор Эдуардович заканчивает свою игру в гляделки и оглушает меня вопросом, произнесенным спокойным и немного усталым голосом:

— Ну и что за маскарад?

Вопрос Игнатова поразил меня так, что на время лишил способности внятно мыслить и выражать эти самые мысли словами.

— Стало намного понятнее.

Он явно насмехался надо мной. А я продолжала глупо хлопать ресницами и агукать неразумным младенцем. Ну а что я должна ему сказать?

"Извините, я тут случайно притворилась вашей будущей снохой?" Нет уж! Пусть моя подруга-недотепа сама выпутывается из этой идиотской ситуации. Хотя она будет долго спорить насчет того, кто из нас недотепа.

Я вертелась на лавочке под твердым взглядом, как хвост ящерицы без хозяйки. Видели, как ящерица хвост отбрасывает? Этот хвост еще с минуту извивается, пока не погибнут все нервные окончания и перестанут посылать беспорядочные импульсы. Я могла бы себя сравнить с ужом на сковороде, но это не так. У ужа хотя бы голова есть. И мозги, наверное. Я же, умудрившаяся попасть в такой переплет, точно безголовая. И на большее, чем на хвост ящерицы не тяну.

Вот и кручусь. Заламываю руки, ковыряю свежий маникюр, тяжко вздыхаю и ничего, ну совершенно ничего не могу выдумать правдоподобного!

Брови Игнатова поднимаются все выше с каждым моим вывертом. Он даже вынул руки из карманов и задумчиво потер подбородок.