Ученица Хозяина Топи (СИ)

— Обманул нас всех? Провел, значит? — нарочито досадливо осведомилась, не пробуя даже от рук его отворотиться. — Умен оказался.

— Умен, твоя правда. Крушишься уже, что не того предпочла? — насмешничал над нею препаскудно, взором обхаживая с головы до ног и обратно, — впрочем, даже если б и со мной осталась, судьба все едино к камню бы привела. Уж прости.

Поморщилась девица, невольно в глаза со зрачком узким вглядываясь.

— И что, даже последнего желания не дашь? — поинтересовалась надменно, подбородок вскидывая, да на рот его взгляд сосредоточивая. Сама язычком по губам обвела, будто бы непроизвольно, да прикусила нижнюю. А колени-то под подолом стиснуть пришлось, дабы не тряслись напропалую. — Даже смертникам перед казнью положено.

— А чтоб нет? — фыркнул в ответ полоз, в усмешке оскаблившись, да сам уж на девические уста взирая, змеиным своим языком облизываясь. В себе Арьян был уверен без меры, — только не думай, что сумеешь остановить меня. О чем угодно другом просить можешь. Валяй.

И этак дозволительно рукой взмахнул. Щедрый.

— Тогда, коли ты согласен… — молвила с придыханием, да все на губы его глазела. Дождалась его кивка, змей даже чуточку вперед подался, — тогда…

— Ну же, чего же ты жаждешь, красавица…

Она вся к нему привстала, уж разгоряченным собственным дыханием его губы обжигая, да лицезря в глазах его свое отражение.

— Дай мне своей крови, — выдохнула, да одним махом под ребро ему кинжал вонзила.

Металл мягко вошел, точно в масло теплое.

Арьян содрогнулся. Ухмылка еще с лица не сошла, когда он голову наклонил да взгляд устремил на рукоять из его же тела торчащую.

— Ах ты, — хотел уж на нее выбраниться, да Весенья, не будь дурой, рукоять не отпустила. Провернула раз. Еще один. Оттого полоз согнулся, назад было одернуться попытался, ее за руку хватая в попытке пытку сию пресечь. Но Весенья уже и сама кинжал дернула, из раны, точно из ножен, оный выуживая. Хлынуло алым, заливая девичьи руки. Никогда в жизни не видала Веся прежде, чтоб столько крови из живого существа выходило. Та била толчками, да стремительно напитывала его рубаху.

Лесьяр в то время, едва с пола поднявшийся на четвереньки, головой мотал. Волосы черные все кровью напитались, а перед глазами и вовсе плыло. Насилу удержался, чтоб наново не повалиться, когда башню очередной волной пошатнуло.

Зато Арьян в себя понемногу приходил. Рукой рану зажал, а Вешу за запястье ухватил, выворачивая. Кинжал со звоном на пол упал, а Веся на колени рухнула, вскрикнув от боли.

— Глупая девка, полагаешь, можно меня этим убить?

— Я и не рассчитывала, — фыркнула через боль, уж и сама шальной взгляд на змея поднимая.