Ученики Ворона

— Что-то не сильно часто они вас о чем-то просят, — заметила Фриша.

И верно — я ни разу не видел местных жителей ни в самом замке, ни даже у его стен.

— Просят, просят, — заверил ее Ворон. — Куда они денутся. У них, конечно, есть цирюльник, который может пустить кровь или выдрать заболевший зуб, но его пациенты с равной вероятностью как излечиваются, так и переселяются на местное кладбище, так что ходят они ко мне со своими хворями. А какой из этого вывод? Если маг толковый и прилежно изучал не только способы убить ближнего своего, но и вылечить его, то он на кусок хлеба себе всегда заработает. Да и сносную жизнь себе тоже обеспечит.

— Лучше все-таки не сносную, а добротную, — не удержался я. — Иначе в чем смысл?

— Добротная жизнь предполагает приближенность мага к источникам благосостояния, то есть к людям, обладающим той или иной властью, — очень серьезно произнес Ворон. — Близ власти всегда ходит смерть. Я ее не боюсь, но и не зову, потому предпочитаю жизнь сносную. Но тут каждый выбирает сам для себя. Мне, например, достаточно того, что у меня уже есть, а ваше решение останется за вами.

Когда мы вошли в деревню, солнце уже светило вовсю, и жизнь в селении кипела. Слышалось мычание коров, крепко сбитые молодки о чем-то спорили у колодца, что находился на главной площади, там же, рядом со своими телегами, доверху наполненными мешками, стояли обозники, которые, переночевав в Кранненхерсте, явно собирались отправиться в дальнейший путь. Ну, с ними все понятно — в этих краях по ночам будет передвигаться только безумец. И холодно, и опасностей полным-полно — если разбойники глотку в темноте не перережут, так волки сожрут. Паршивые тут места, что уж, то ли дело у нас, в благопристойном Лесном крае.

— Так. — Ворон, войдя в Кранненхерст, остановился. — Все, можете развлекаться по своему усмотрению. В обратный путь отправимся еще до темноты, имейте в виду. Жакоб, фон Рут, — готовьте спины, пойдем не налегке.

— Да много ли мы вдвоем утащим? — засомневался я. — Пару мешков с чем-нибудь. Не проще вон возчика из местных подрядить? Дело не в лени, а только в разумности происходящего.

— Подряди, — не стал спорить Ворон. — Почему нет? За свой счет.

Странный он все-таки у нас, делов-то — на пару серебряных, даже жадный до денег я в таком случае не скуплюсь. Спина — она одна, сорвешь — новую не выдадут. А станет ли Ворон лечить подобную хворобу, бабушка надвое сказала. На соучеников же надежды немного, нога-то у меня до сих пор по вечерам ноет.

Там же, на площади, мы расстались.