Лекарь. Ученик Авиценны

Дела, знаете ли – немного того, немножко этого, – ответил Роб, и собеседники с уважением закивали. – Вам хорошо знакома Мансура?

– Очень даже хорошо. Да мы ведь минувшую ночь провели там, у Эзры бен Хусика, который торгует перцем. Весьма достойный человек, принимает всегда с большим радушием.

– Стало быть, вы и гарнизон тамошний видели? – спросил Роб.

– Гарнизон? – Нафтали посмотрел на них озадаченно.

– Сколько в Мансуре размещено воинов? – тихо спросил Мирдин.

До Нафтали стал доходить смысл вопроса, и он в испуге отпрянул.

– Мы в такие вещи не вмешиваемся, – произнес он чуть слышно, почти шепотом.

Они отправились своей дорогой – через минуту, понял Роб, будет уже поздно. Пора преподать им урок доверия.

– Вам не стоит ехать слишком далеко по этой дороге, если хотите остаться живыми. И в Мансуру вам возвращаться нельзя.

Побледнев, они дружно уставились на него.

– Так куда же нам ехать? – растерянно спросил Нафтали.

– Уведите животных с дороги и спрячьтесь в лесу. И не высовывайтесь очень долго – пока не услышите, как мимо проходит великое множество воинов. Когда они пройдут все, выходите на эту дорогу и гоните что есть духу в Ахваз.

– Мы вам признательны, – уныло отозвался Нафтали.

– А нам безопасно ли приближаться к Мансуре? – спросил его Мирдин.

Торговец пряностями кивнул:

– Здесь привыкли к торговцам-евреям.

Робу этого было мало. Он вспомнил о языке жестов, которому Лейб обучил его еще на пути в Исфаган, о тех тайных знаках, которыми обменивались еврейские купцы на Востоке, чтобы вести дела без разговоров. Он протянул вперед руку и повернул: «Сколько?»

Нафтали пристально посмотрел на него. Положил правую руку на левый локоть – сотни. Потом показал все пять пальцев. Согнул большой палец левой, остальные тоже раскрыл и положил на правый локоть. Но Робу надо было удостовериться, что он понял правильно.

– Девять сотен воинов?

Нафтали кивнул.

– Шалом, – сказал он язвительно, но без враждебности.

– Да пребудет мир над вами, – отозвался Роб.

Лес закончился, впереди показалась Мансура. Поселок лежал в маленькой долине у подножия холма с каменистыми склонами. С высоты им были видны и воины, и расположение всего гарнизона: казармы, плацы, загоны для лошадей, слоновники. Роб с Мирдином внимательно разглядели, где что находится, и запечатлели в своей памяти.

И сам поселок, и его военный гарнизон помещались за общей оградой из вбитых в землю плотными рядами бревен с заостренными верхушками, чтобы труднее было перелезть.

Когда они подъехали к этой стене, Роб хлестнул своего осла палкой и под смех и крики местной детворы погнал осла вдоль внешней стороны стены. Мирдин поехал ему навстречу с другой стороны – несомненно, затем, чтобы перехватить упрямое животное.