Лекарь. Ученик Авиценны

– Откуда же ты знал, что нужно делать?

– Мне об этом рассказывали, – пожал плечами Роб."

"– Говорят, что некоторые люди рождаются целителями. Избранные. – Еврей улыбнулся Робу. – Разумеется, иным просто везет.

Роб чувствовал себя неуютно под его пристальным взглядом.

– А если бы мать умерла, а дитя было живым? – заставил себя Роб задать вопрос.

– Кесарево сечение.

Роб посмотрел на него вопросительно.

– Ты не понимаешь, о чем я говорю?

– Не понимаю.

– Ты должен разрезать живот и стенку матки и извлечь младенца.

– Разрезать мать?

– Да.

– А вам приходилось это делать?

– Несколько раз. Еще когда я только изучал медицину, один из моих учителей вскрыл живую женщину, чтобы извлечь дитя.

«Вот лжец!» – подумал Роб, устыдившись того, что слушает так жадно. Ему вспомнилось, что рассказывал Цирюльник об этом человеке и обо всем его племени.

– И чем все это кончилось?

– Она умерла, но умерла бы она в любом случае. Я не одобряю вскрытие живых женщин, однако мне рассказывали о врачах, которые поступали так и сохраняли жизнь и матери, и ребенку.

Роб повернулся и зашагал прочь, пока этот человек с французским выговором не высмеял его, как доверчивого простачка. Но, сделав всего два шага, вернулся назад:

– А где нужно резать?

В дорожной пыли лекарь-еврей нарисовал торс и показал два разреза: один – длинной прямой линией на левом боку, другой – чуть выше середины живота.

– Или так, или эдак, – сказал он и отбросил палку подальше.

Роб кивнул и ушел, не в силах даже поблагодарить.

20. В ермолках за столом

Из Теттенхолла Роб выехал не мешкая, но с ним уже что-то начало происходить.

Запас Особого Снадобья от Всех Болезней подходил к концу, поэтому он купил у одного крестьянина бочонок метеглина и, сделав привал, смешал необходимые составляющие для целебного зелья, распродавать которое начал в селении Ладлоу. Снадобье расходилось, как всегда, хорошо, однако Роб пребывал в задумчивости; ему даже было страшновато.

Держать душу человеческую на своей ладони, словно камешек. Чувствовать, как умирает женщина, но вернуть ее к жизни своими усилиями! Даже королю не дано такой власти.

Избранные.

Может ли он выучить еще больше, чем уже знает? Насколько больше? «Как это, – спрашивал он себя, – выучить все, чему только могут научить другие?»

В первый раз он осознал, что горячо желает сделаться лекарем. Иметь настоящую возможность бороться со смертью! У него появились новые мысли, которые то приводили его в неописуемый восторг, то причиняли жестокие душевные муки.

Наутро он направил повозку к Вустеру, следующему городу на дороге к югу, на берегу реки Северн. Впоследствии Роб не мог вспомнить ни реки, ни дороги, ни того, как он погонял Лошадь – вообще ничего из той поездки.