Ученица Ледяного Стража. Избранница Стужи. Книга 2 (СИ)

Похоже, следить придется не за ней, а за тем, чтоб Свейт не ночевал в загоне своей прекрасной дамы.

На это ни Крон, ни Багрейн не нашли что возразить. Толпа начала расходиться, а Вестейн поманил меня за собой со словами:

— Идем, покажу тебе новое жилище Стужи.

Я едва ли не вприпрыжку помчалась за куратором. Байланги спрятали крылья и шагали следом бок о бок.

Загон оказался большим и просторным. Мне показалось, что у Котика и Кнута места поменьше. В дальнем конце вместо сарая стоял большой навес, под которым собака сможет переждать непогоду. Пока Стужа с интересом обнюхивала новый дом, Вестейн захлопнул ворота и остался внутри. Когда куратор приблизился ко мне сзади, по коже побежали мурашки. Он склонился к моему уху и прошептал:

— Тира видела метку?

— Нет, — ответила я не совсем уверенно. — Думаю, нет, не должна была.

— Хорошо, — выдохнул он. — Нужно как-то замаскировать ее, что-то придумать."

"Я развернулась и заглянула ему в глаза. И после этого также тихо сообщила:

— Боюсь, сделать это будет не так легко…

Поколебавшись, я начала обреченно разматывать бинты..

Я не была уверена в том, что делала. Мне все еще ужасно не хотелось, чтобы Вестейн узнал, что произошло с меткой. Но я понимала, что укус Стужи лишил меня способа скрывать ее, как прежде. Нужно было придумать новый. И в одиночку это сделать сложнее.

Обреченно глядя на куратора, я сунула бинт в карман и задрала рукав. Вестейн изменился в лице. Интересно, я когда-нибудь услышу, как он ругается?

В следующий миг Вестейн взмахнул рукой. Магический замок вспыхнул, когда его магия сплелась с моей, накрепко запирая ворота. Несколько мгновений куратор рассматривал древо на моей руке. После этого он закрыл глаза, выдохнул и снова открыл их. Словно надеялся, что герб его рода исчезнет с моей кожи.

Я и сама не против, но увы…

Вестейн рывком натянул мне рукав, скрывая метку, и начал вглядываться в мое лицо. Я резко отвернулась, пытаясь одновременно разобраться в своих чувствах и не наделать новых глупостей.

— Что все это значит? — глухо спросила я. — Чем это мне грозит?

Сердце стучало, как бешеное. Стужа в этот момент вспомнила о своей неприязни к куратору, повернула голову в нашу сторону и оскалилась. Собака продолжала работать благоразумием, которого нам обоим не хватало. Снег скрипнул, оповещая меня, что Вестейн отступил в сторону.

— Неприязнью герцога Найгаарда, — ответил он. — Это ни к чему тебя не обязывает, если ты об этом.

Равнодушие в его голосе было напускным, я это чувствовала.

— У него и без этого есть повод меня ненавидеть, — ответила я.

— У него и без этого есть повод от тебя избавиться, — поправил Вестейн.

— Спасибо, успокоил, — саркастично ответила я.

— И он попытается сделать это в Лабиринте, — добавил он.