Участковый: От стажера до ведьмы. От кодексов до ритуалов. От пистолета до кольца

Природу обмануть не выйдет, она свое возьмет, раньше ли, позже…

Эксперт, оперативник и дежурный участковый тем временем занимались осмотром места происшествия. Может, и Ира подпряглась бы, но места просто не было. Там и трое-то с трудом помещались.

Тело уже вынесли во двор и ждали труповозку. Так что пользы от Ирины не было, оставалось болтать с местным аборигеном. Вот, к примеру…

– А цветы Прасковья любила?

– У нее их много было. Она последнее время их раздавать начала по соседям.

– Бабе моей. Та все к себе забирала, кстати, растения у Парашки были знатные. Все колосилось. Что хочешь могла вырастить! От помидоров до орхидеев!

– А дома или дачи у нее не было? Если она так любила растения, купила бы участок да возилась?

– Раньше было, потом продала. Возраст же…

– А чего отсюда не переезжала? Тяжело же! Вода из колонки, газа нет, баллон стоит…

– Парашка говорила – привыкла. Не хотелось ей. Не то, что не могла, а именно не хотела почему-то. Говорила – судьба такая.

Осмотр шел своим чередом. Опрос свидетелей, Ирину с Люсей вообще попросили написать рапорт. Внуку звонили, тот приехать не смог, сказал, что сейчас в области. Часов через шесть в городе будет. Дал телефон дочки Прасковьи, то есть своей матери.

Кажется, той звонил следователь.

Ирина решила, что выходной не пропал. Что-то они сделать не успеют, но разве плохо вот так? Посидеть, подышать воздухом, никуда не торопясь поболтать с людьми, опять же, работы с нее не требуют, а рапорт напишем и отвезем. Дело нужное.

Следователь квалифицировал предварительно смерть Прасковьи как причинение смерти по неосторожности. Пока. Потом еще видно будет, после вскрытия, но скорее всего, это именно так.

Полез грабитель в окно, тут бабку и накрыло. С летальным исходом.

– ГДЕ МОЯ МАТЬ?! – Вопль был таким, что подскочил, кажется, даже труп Прасковьи. Пьяница свалился со скамеечки и потряс головой.

Ворвавшаяся во двор женщина больше всего походила на атомную бомбу. Хоть конусообразными, плавно расширяющимися книзу формами, хоть взрывом на башке, хоть пронзительным голосом. Жутким.

Рыжие лохмы топорщились во все стороны, круглое лицо кривилось в неясной гримасе, развевалась непонятная хламида, при виде которой задохнулся бы от восторга Альбус Дамблдор – столько на ней было бисера и блесток.

Следователь поспешил к вновь прибывшей.

– Здравствуйте, Клавдия Ивановна…

Увы, слова сказать ему не дали. Не предусмотрено было.

– МАМА!! – Трагический вопль. Потом бабища упала на колени рядом с телом и разревелась в три ручья. Или не разревелась?

Завыла – точно. Заголосила, заскулила.

– На кого ж ты меня покинулаааааа, сиротиииинушкуууууу…

Пьяница помотал головой.

– Ну все. Это теперь на два часа. Кликуша, е…

– Всегда так? – в полный голос уточнила Ирина.