Убойная сила

– Пять баллов… Я сейчас тоже буду, – и отключается.

Спустя полчаса мы вводим слезоточивого Лабаза в гостиную дома полковника. Все сияют, как пожарная каска. Я скромно опускаю взгляд, чтобы не расхохотаться от радости. Чувствую себя победителем. Акция проведена блестяще. С нашей стороны потерь нет. Группировка уничтожена, КОРИДОР – свободен. Глава группировки пленен. Чтобы соорудить новый КОРИДОР, лабазовским начальникам потребуется вагон времени, полрефрижератора трупов и куча бабок. Какие убытки!

Полковник должен прыгать от восторга и целовать меня взасос в сахарные уста. Но он почему-то не прыгает. Шведов выряжен в старенький спортивный костюм и глухой – от горла до колен – клеенчатый фартук. На лице его недовольная мина.

Ковер в гостиной свернут в рулон, посреди комнаты стоит стул, рядом со стулом – тазик. На треноге укреплена видеокамера, на столе аккуратно разложены плохосочетаемые аксессуары: диктофон, тетрадь с ручкой, паяльник, включенный в переноску, плоскогубцы, стоматологические щипцы и три набора для иглотерапии. Чего это он? Ах, да, – совсем забыл! У полковника нет пентонала. Давеча, бедолага, жаловался, что сейчас с этим проблема – практически невозможно достать.

– Пять баллов, – повторяет полковник и, скорбно вздохнув, окольцовывает Лабаза наручниками, – отдыхайте, ребята. А я тут немного поупражняюсь на досуге…

ГЛАВА 17

Поздняя осень в подмосковных лесах завораживает и пугает своей первозданной тишиной. Ноябрь уже перевалил на вторую половину и теперь каждое утро куражится над обитателями подлеска, стращая сыпануть могучую порцию снега, который не растает до самой весны. Все вокруг замерло в преддверии зимы…

Правительственная зона совсем рядом – каких-то 30 километров. По статусу и чину товарищи, которые нас интересуют, могут либо просто позволить себе пользоваться государственной дачей, либо возвести в правительственной зоне свое частное владение. Но строительство в номенклатурном секторе частных хором сопряжено с рядом довольно ощутимых неудобств.

Во-первых, там туговато с землицей. А потому молодецки развернуться, скажем, на участок для гольфа и роскошный зимний сад площадью в полтора гектара ну никак не получается."

"Во-вторых, всякое перемещение в правительственной зоне четко фиксируется соответствующей службой, которая в нынешние стремные времена, как ни странно, хуже работать не стала. Это значит, что все посетители и гости обитателя правительственной зоны, независимо от их общественного положения, могут так или иначе фигурировать в ходе специального расследования. Такие расследования в последнее время частенько проводят особые следственные бригады Генпрокуратуры России – коль скоро для того складываются «благоприятные» обстоятельства.