Убиться веником

— Дела… Во повырастали на мою седую голову! — буркнул дядька и пошел на кухню пить кофе, черный и густой, как деготь. Тут он слегка слукавил, ибо у него не было ни одного седого волоса, зато самих волос оставалось едва на полголовы.

Пролетел еще один сказочный день. Только месяца через два-три после приезда в Москву Тина с удивлением узнала, что обедали они в закрытом клубе, куда пускают далеко не всех. Просто Dixi не стал акцентировать на этом внимание, заметил вскользь, что тут все комильфо, цветы живые, а картины подлинные.

«Рано или поздно все проходит, только вот хорошее проходит гораздо быстрее», — печально думала Тина, которой отчаянно не хотелось уезжать. Dixi долго извинялся по телефону за то, что не сможет проводить ее на вокзал, ему обязательно нужно быть на очередной элитной тусовке, положение обязывало.

— Не переживай, меня Анютка проводит! — сказала Тина, еще раз поблагодарила за все и положила трубку. — На вокзал мы будем добираться сами, — сообщила она сестре чуть увядшим голосом.

— Доберемся как миленькие! — бодро ответила Анюта. — Вон телефон, звоним в «Такси по району» — и за очень смешные деньги нас довезут, конкурентов полно, так что не разоримся.

Они приехали к поезду заранее, вот только в замызганной белой восьмерке амортизаторы были очень старенькие, никакого сравнения с «БМВ», они пересчитали все кочки, ухабы и рытвины. Только тут Тинка сообразила, что зря она все эти дни удивлялась состоянию дорог в славном городе Тольятти, дороги как были не ахти, так и остались, дело не в них, а в автомобиле.

— Вот и все… карета превратилась в тыкву, тьфу, иномарка в «Жигули», — поправила себя девушка и в очередной раз проверила наличие билета в кармане.

Она долго прощалась на перроне с сестренкой, обе пытались делать вид, что им весело.

В Петербурге было стыло и ветрено. Нева лениво швыряла волны о гранитный парапет набережных — так скандальная жена в сто первый раз кидает посуду в нелюбимого мужа, скорее по привычке, нежели по необходимости.

Холодный ветер забирался Денису под куртку и выдувал из головы любые мысли, кроме одной — согреться! Дойти до дому, окунуться в горячую ванну и выпить граммов 50 коньяку. Того самого, который оставался с приезда Вэл. «Черт побери!» — выругался вслух он и добавил еще пару-тройку выражений, которые могли считаться литературными разве что у Эдички… Тут же две проходившие мимо старушки смерили его презрительным взглядом, они быстро-быстро засеменили по набережной, обогнав Дениса, даже их спины в потертых цигейковых шубах, казалось, осуждали его.