Убить волка (СИ)

Всё равно у него в красном конверте всегда больше денег, чем я получаю за полгода [8].

Чан Гэн сидел со своим железным луком и ремонтировал его кожаную оплетку. Поскольку они сражались всю ночь, та порядком истрепалась. Никто не знал, где Чан Гэн достал маленький ножик, напильник и кусочек кожи, которые ловко использовал для починки. От его аккуратных движений рябило в глазах. Услышав необычное обращение в свой адрес, Чан Гэн даже головы не поднял и, усмехнувшись, сказал Тань Хунфэю:

— Да там все уходит на погашение долгов его поместья.

Тань Хунфэй был человеком простым и принимал любого, с кем ему довелось разделить в бою оружие и одежду, как своего соратника. Поэтому после того, как они с Яньбэй-ваном всю ночь сражались плечом к плечу, он признал его своим братом по оружию, даже не заботясь о его происхождении. Услышав слова Чан Гэна, он простодушно отшутился:

— Его Высочество и маршал — настоящая семья. Его Высочество напоминает первую принцессу в те годы, когда ее палатка стояла в Черном Железном Лагере.

Гу Юнь не удержался и потеребил обломок зуба языком.

Чан Гэн сделал короткий перерыв и продолжил за командующего Тань Хунфэя:

— Как жаль, что лицо мое не так красиво, как у цветка. Маршал с полной телегой фруктов не обратит на меня внимания [9].

Тань Хунфэй легкомысленно ответил:

— Вот безобразие! Его Величество обычно зовет нашего маршала дядей, а ведь все-таки они из совершенно разных поколений!

— ... Катись отсюда! — прорычал Гу Юнь.

Командир Тань, который не желал ничего дурного и всего лишь пытался пошутить, переглянулся с Чан Гэном, и они оба громко рассмеялись.

С наступлением ночи издали донеслась трель кукушки, что означало, что вражеские войска попали в ловушку. Только Тань Хунфэй собрался уходить, как его остановил Гу Юнь:

— Подожди немного, — прошептал он. — Дождемся четвертой ночной стражи [10].

В ночи его глаза пугающе блестели, подобно острейшим клинкам небесного воинства, отполированным кровью.

Тань Хунфэй облизал сухие потрескавшиеся губы.

— Подсчеты принца действительно...

Гу Юнь уже собирался напомнить, что его учитель — старый генерал Чжун, но не заметил даже, как Чан Гэн вдруг оказался за его спиной и ответил:

— Я с утра до вечера только и занимаюсь тщательными подсчетами, мне не привыкать.

Тань Хунфэй удивленно выдал:

Чан Гэн взглянул на Гу Юня и сказал:

— Хотел накопить приданое и удачно выйти замуж за маршала.

Гу Юнь тут же вмешался:

— Вы, двое, может хватит уже, а?

Этот дурень Тань Хунфэй сначала расхохотался, а затем с улыбкой поднялся на ноги.

Гу Юнь не заметил, когда его приемный сын настолько осмелел. И, честно говоря, ничего не мог поделать с этим хитрецом, обладавшим талантом заваривать чай в холодной воде [11] и любой ценой пытавшимся смутить его.