Убить демона, спасти короля

Это жалкое сопротивление он сломит за мгновение! Но демон оставил в покое ее плечи и сказал:

– Посмотри на меня.

Пришлось посмотреть. Дегар возвышался над ней и внимательно разглядывал своими черными демонскими глазищами. Нет, ничего в нем не осталось от Райли. И взгляд другой, и осанка, и наклон головы. За время дороги Дегар научился бриться ножом, и на щеках темнели следы его первых неудачных опытов – порезы уже подживали, но делали лицо Раулара взрослее. Чужой человек. Страшный. Убийца и враг.

– Зачем ты меня боишься?

– С чего бы мне тебя бояться? – храбрясь, ответила Эви, но голос выдал – дрогнул.

Дегар отошел на другой конец кухни, присел на столик, скрипнувший под его весом. Долго молчал, зачем-то разглядывая свои руки. Потом заговорил о другом:

– Я не знал, что быть человеком – это чувствовать столько всего. – Он провел пальцем по ладони. – Такая тонкая кожа, как…

Он огляделся, увидел капустный лист и указал на него:

– Как листок."

"– Какое романтичное сравнение, – съязвила Эви: Дегар больше не возвышался скалой, и к мейджи вернулось самообладание. – Как раз в духе демона.

Дегар возвратил ухмылку, изогнул бровь. Эвелина отметила, что он быстро учится выражению человеческих эмоций, сейчас от человека не отличить. Вот только мимика была совсем не такой, как у Райли.

– Как крылья бабочки, – сказал он.

Эви оторопела. Не ожидала она от грубого создания такого поэтичного сравнения.

– Так легко ранить, изломать, уничтожить… – Дегар опустил взгляд на свои руки. – Я слаб. Так слаб.

Ясно, снова печалится о своем могучем теле. Эвелина часто слышала рассказы о том, как нелегко уничтожить демонов. Мало того, что они сильны, как десять обычных воинов, так еще и раны затягиваются мгновенно, а кровь, если можно так назвать черную субстанцию, тут же сворачивается. Они продолжали сражаться, исколотые мечами, с торчащими из спины стрелами… Отец как-то оговорился в разговоре с Райли: «Однажды человечество проиграет, у нас нет шансов против них. Пока мы их численно превосходим. Но это пока».

– Бедненький, – позлорадствовала мейджи.

Но Дегар думал о своем и не уловил иронии.

– Я чувствую то, чего не чувствовал раньше. Прикосновение травы. Вкус пищи. Боль. Ветер на лице. Холод и жар. Это… – Он сжал скулы.

– Пугает, – тихо подсказала Эвелина.

Почему-то больше не хотелось острить. Враг он или нет, но привычный мир Дегара рухнул, перевернулся с ног на голову, а он вел себя более чем достойно.

«Да как же он решился на это? – в который раз за последние дни подумала Эви. – Осознанно пойти на смерть. Выбрать такую участь…»

– А еще я удивлен, – неожиданно добавил он. – Как вы выживаете? Как решаетесь покорять новые земли? Или идете в бой, обреченные на смерть? Я стал больше уважать людей.