Убить демона, спасти короля

– А что я подумал?

Шестое чувство вопило, что ни за что и ни при каких обстоятельствах нельзя рассказывать этому жестокому человеку об артефактах: ничего хорошего из этого не выйдет. Но где же Дегар? Неужели ушел и бросил ее здесь одну? Или… вернее… это она его бросила.

Бальтазар отогнул полог и подтолкнул Эви в проход. Мейджи окутала влажная темнота, которая пахла почему-то цветами и воском. Очень скоро загадка разрешилась: Бальтазар негромко хлопнул в ладоши, и, подчиняясь его магии, загорелись десятки свечей, которые парили под пологом. Пол оказался усеян лепестками и соцветиями, источавшими сладкий аромат.

Король развел руки в стороны, и Эвелина узнала заклятие: совсем недавно она сама устанавливала магический щит. Да только ее щит получился слабенький и непрочный, а щит Бальтазара продержится не один час. Никто не сможет ни войти, ни выйти.

Пока Бальтазар был занят делом, Эви шаг за шагом отступала к центру шатра. Лепестки под ногами хрустели, точно панцири жуков. Отвратительно. И нет ничего, чем можно было бы обороняться. Но у Эвелины еще оставалась ее магия!

Король некоторое время наблюдал за ней с тем же интересом, с каким кот наблюдает за отважной птичкой. Пусть та думает, что сможет упорхнуть. Он не сразу выпустит коготки, сначала поиграет…

Вот только Бальтазар не стал тянуть. Поднял ладонь, сложив пальцы в аркан Саас. Ледяная игла в сердце – смертельный прием. Вскрикнув, она вскинула руки, защищаясь, и отразила заклятие в последнее мгновение. Резерв опустел на три единицы.

– Что вы…

«Делаете?» – хотела крикнуть она, но не успела.

Успела только отскочить в сторону, путаясь в длинном подоле, – в ее сердце уже летело новое смертельное заклинание. Она погасила его на подлете и поняла, что магии почти не осталось.

– Хм, ты сильнее, чем я думал! – оскалился Бальтазар, он явно получал удовольствие от игры. – Давай-ка еще разок!

Аркан Ти сбил мейджи с ног, она растянулась на ковре, полностью опустошенная, и, прерывисто дыша, наблюдала, как Бальтазар медленно подходит к ней, ступая, точно хищник на мягких лапах. Он присел рядом на корточки и провел кончиками пальцев по заколдованному платью Эвелины, стирая морок.

И вот уже мейджи лежит перед ним, закутанная лишь в серый плащ.

– Какая изобретательность, – усмехнулся король.

Он подцепил пальцем и порвал ниточку, которую Эви превратила в ожерелье. Эвелина дернулась, но поняла, что не может ни приподнять головы, ни шевельнуть рукой. Полы плаща разметались, обнажив ноги до середины бедра. Бальтазар еще не тронул ее и пальцем, только смотрел, а у нее сердце заходилось от ужаса. Этот пристальный взгляд, казалось, проникал под кожу.