Убить демона, спасти короля

– Не понимаю, здесь нет ни города, ни хранилища. Не мог ведь правитель Риталии просто оставить его в лесу?

Дегар качнул головой: он думал.

– С другой стороны, – продолжала Эви, – едва ли он обрадовался такому подарочку. Холод хорош для погреба, чтобы вино не испортилось, а когда в погреб превращается дворец …

Она замолчала. Путники остановились, одновременно увидев ледяную гору. Впрочем, горой заброшенный храм, покрытый инеем, казался только в первое мгновение. Серые стены потрескались от времени и холода, провал входа оплели мертвые ветви. Сквозь щели наружу проникало сияние, а еще Эвелина ощутила зов. Алмаз взывал к своим братьям.

– Он там, внутри, – хрипло проговорила она. – Неужели? Так просто… Просто зайти и взять.

Она шагнула вперед, но Дегар преградил путь рукой:

– Не может быть просто. Любой мог найти и забрать. Случайный путник. Маг. Но Гристринс до сих пор скрыт ото всех."

"И правда, стал бы король, к которому в руки попал артефакт великой силы, бросать его в лесу на произвол судьбы? Эвелина обреченно вздохнула. Когда бывало просто?

– Держись позади.

Ишь, раскомандовался! Но Эви в кои-то веки не стала спорить и покорно спряталась за широкую спину. Еще немного – и это начнет ей нравиться!

Первый неприятный сюрприз ожидал сразу у входа. Выбеленный временем человеческий скелет врос в землю, Эвелина поначалу приняла череп за причудливый камень, но потом разглядела пустые глазницы, редкие желтые зубы – бедняга, нашедший здесь последнее пристанище, был немолод. Как его занесло на руины? Кем он был – охотником за древностями или бродягой? Теперь не узнать.

Внутри было светло, не придется тратить силы на создание шара-светильника. Магический резерв полон, но пока не стоит размениваться на мелкие заклинания. Что-то подсказывало Эвелине, что магия еще пригодится.

С того места, где сейчас стояла мейджи, она видела каменный коридор, увенчанный сводчатым потолком. Коридор поворачивал, а что там за углом – не разглядеть. Изнутри разрушенного храма веяло мертвенным холодом, так что дышать было больно.

Дегар снял куртку, и не успела Эвелина удивиться, как он напялил ее на мейджи поверх плаща, сам остался в холщовой рубахе, по обыкновению повел плечами, готовясь к бою. Поддел сапогом землю, наклонился и поднял узкий кинжал, некогда принадлежавший незадачливому путнику. Кинжал оказался не из простых: рукоять украшали самоцветы, а лезвие почти не заржавело. Кто бы ни убил несчастного, это явно был не человек: грабитель бы унес дорогой кинжал с собой.

– Ты замерзнешь!

– Я воин, ты маг. Мне нужна свобода движений, а тебе ловкие руки. – Дегар улыбнулся, когда по глазам Эви понял, что говорит в своей обычной демонской манере: «У меня есть рот, и я в него ем!» – Ловкие, а не дрожащие от холода, огонек.