Убить босса!

– Видимо, вы недостаточно информированы об этом человеке, если задаете такой вопрос, – усмехнулась девушка. – Никому не известно, что в следующую минуту может предпринять мистер Мартенсон. Может затопить Нью-Йорк, начать играть в пул, раздать карты в казино напротив, а может позвонить вам сейчас и сказать, чтобы вы убирались к черту. Всё зависит от обстоятельств, но и тут вы вряд ли сможете предположить что-то конкретно. Если же вам нужна правда, и вы, действительно, не хотите причинить ему вреда, то я сообщаю вам: в настоящий момент Эндрю Мартенсон направился в офис, чтобы найти там человека по имени Малкольм. Это мне известно настолько же верно, насколько я уверена, что имею дело с офицерами полиции из Нью-Йорка, находящимися в Вегасе инкогнито. Вы работаете на грани фола, нарушая юрисдикцию полиции другого штата, и только ваша безбашенность позволяет мне сейчас с вами разговаривать. Вряд ли вы хотите убить Мартенсона, – наоборот, хотите надеть на него наручники, и в глазах ваших, детектив, я вижу искренность. Сейчас все играют не по правилам, начертанным в инструкциях, и это кажется мне забавным.

– Вы слишком рассудительны для секретарши, – подумав, проговорил Чески, – слишком…

– А в ваших глазах слишком много грусти для добросовестного полицейского. Я же говорю – тут все удивляют друг друга, но никого это не шокирует. Русский уголовник повязал всех своими принципами, заразил ими и сбил с пути истинного. – Сандра допила коктейль и поставила бокал на стол. – Детектив, вы, верно, размышляете, каким образом пристегнуть меня наручниками к машине, чтобы я не убежала, пока вы ищете Мартенсона? Не знаю, смогу ли я вас разубедить, но знаю, что не уйду из этого кафе, пока на моих глазах Мартенсон не выйдет из офиса, либо пока его не вынесут в черном мешке коронеры.

– Кто вы, как ваше имя? – строго спросил Чески.

– Сейчас это не важно. Важно, что пока вы тут точите лясы, интересующего вас человека могут убить.

Чески думал долго. МакКуин дважды многозначительно поглядывал на него, теребя наручники в кармане, но не смел сказать ни слова. Когда же наконец Чески встал, МакКуин заметил, что он положил на стол свою визитную карточку.

– Что бы ни случилось, мисс, я хочу, чтобы вы позвонили мне по этому телефону.

Дойдя до двери вместе с МакКуином, Чески попросил его подождать и вернулся к столику. Наклонившись над ним, он тихо добавил:

– И при этом вовсе не важно, чтобы мы говорили о Мартенсоне.

На пороге он ещё раз обернулся. На лице девушки уже не читалось отчаяния. Она вертела в руке карточку и смотрела на неё с загадочной улыбкой. Их взгляды встретились, и Чески смущенно заторопился к выходу.