Убийство в спальном вагоне

 – Рахим тут каждый камень знаешь, каждый сарай и шалаш! Ты только Рахиму скажи, куда поворачивать, когда поворачивать…

– С шоссе возле магазина свернешь к озеру, – сообщил Виктор. – Так вдоль берега и поезжай, четыре дома проедешь, будет ограда сплошная бетонная, по ней картины плиткой разноцветной выложены…

Рахим больше не задавал вопросов. Фургон некоторое время без остановок ехал по шоссе, затем свернул с него. Прошло еще несколько минут, и машина остановилась.

Бугор открыл задние дверцы фургона.

Они стояли на хорошей асфальтовой дороге посреди соснового леса. В двадцати метрах от фургона возвышалась глухая трехметровая стена. По серому бетонному фону были выложены из цветной керамической плитки яркие тропические цветы и райские птицы. Над стеной возвышалась покрытая красной черепицей крыша огромного дома. Прямо напротив фургона виднелись массивные железные ворота, над ними медленно поворачивалась телекамера.

– Ох ни фига себе! – проговорил Бугор, разглядывая все это великолепие. – Ну и крутой же у тебя знакомый! Как это тебя угораздило с ним познакомиться?

– В один детский сад ходили, – сообщил Виктор, выбираясь из фургона на подъездную дорогу."

"– Что-то не думаю я, что такой человек нашу мебелишку купит… – протянул Бугор, покосившись на содержимое фургона.

– Ему домик для прислуги обставить надо, – заявил Виктор и направился к воротам.

Остановившись возле них, он запрокинул голову и громко проговорил:

– К Степану Трофимовичу!

Некоторое время ничего не происходило: видимо, Виктора разглядывали, потом докладывали хозяину.

Наконец что-то щелкнуло, и ворота начали медленно разъезжаться.

Виктор направился внутрь, и мебельный фургон медленно поехал вслед за ним.

– А ты куда прешь? – раздался громкий голос из динамика, явно адресованный водителю фургона.

– Куда надо, туда и прешь! – отозвался Рахим, выглянув из окна кабины. – Рахим знает, куда прешь! Спроси хозяин, если не знаешь! Мы твой хозяин мебель привезли, хороший мебель, новый мебель, скажи лучше, куда выгружать…

Виктор не стал слушать продолжение этой перебранки. Он направился к дому по выложенной плиткой дорожке, которая извивалась среди желтеющих кустов жимолости и вечнозеленых рододендронов, аккуратно подстриженных хвойников и альпийских горок, пестреющих яркими осенними цветами.

Неподалеку от крыльца стоял невысокий сухонький старичок в теплой куртке и ярких резиновых сапогах. В руке старичок держал грабли, которыми перед появлением Виктора сгребал с газона желтые листья.

Посторонний человек принял бы этого старичка за садовника.