Убийство в проходном дворе: четыре дела Эркюля Пуаро

Тем вечером, когда мы все пошли к кабинету, после того как Снелл сказал, что он заперт, вы остановились и что-то подняли.

– Я? – Мисс Лингард казалась весьма удивленной.

– Да, как только мы вышли в прямой коридор, ведущий в кабинет. Что-то маленькое и яркое.

– Как странно – я ничего не помню… Минуточку… да! Просто я не думала… Минуточку, это должно быть здесь.

Открыв черную атласную сумочку, она высыпала ее содержимое на стол.

Пуаро и майор Риддл с интересом осмотрели коллекцию вещей. Там были два носовых платка, пудреница, маленькая связка ключей, футляр для очков и еще один предмет, который Пуаро жадно схватил.

– Черт, пуля! – воскликнул майор Риддл.

Предмет действительно выглядел как пуля, но оказался маленьким карандашом.

– Это я и подняла, – сказала мисс Лингард. – Я совсем забыла о нем.

– Вы знаете, кому он принадлежит, мисс Лингард?

– Да, конечно, полковнику Бери. Он сделал его из пули, которая попала в него – вернее, не попала, если вы понимаете, что я хочу сказать – в Южной Африке.

– Вы знаете, когда этот карандаш в последний раз был при нем?

– Ну… днем, когда они играли в бридж, поскольку я заметила, как он записывал им счет, когда я пришла на чай.

– Кто играл в бридж?

– Полковник Бери, леди Шевенэ-Гор, мистер Трент и мисс Кардуэлл.

– Думаю, – мягко сказал Пуаро, – мы его сохраним и отдадим полковнику лично."

"– О, пожалуйста, будьте так добры! Я так забывчива, что могу и не вспомнить, что это надо сделать.

– Не будете ли вы так любезны, мадемуазель, попросить полковника Бери сейчас прийти сюда?

– Конечно. Пойду и сразу же найду его.

Она поспешила прочь. Пуаро встал и начал бесцельно расхаживать по комнате.

– Начнем, – сказал он, – восстанавливать события дня. Это интересно. В половине третьего сэр Жервас занимается счетами с капитаном Лэйком. Он слегка озабочен. В три он обсуждает книгу, которую пишет, с мисс Лингард. Он очень взволнован. Мисс Лингард связывает это с Хьюго Трентом из-за случайно оброненного замечания. Во время чая он ведет себя нормально. После чая, как говорит нам Годфри Бэрроуз, он в хорошем расположении духа в результате какого-то события. В пять минут девятого он спускается вниз, идет в кабинет, пишет на листке бумаги «Простите» и стреляет себе в голову!

– Понимаю, что вы хотите сказать. Это не согласуется между собой, – медленно проговорил майор Риддл.

– Странно менялось настроение у сэра Шевенэ-Гора! Он озабочен – серьезно взволнован – ведет себя нормально – в хорошем расположении духа! Здесь что-то очень любопытное! И затем эта фраза: «Слишком поздно»?.. То есть я приеду слишком поздно… Что ж, это правда. Я действительно приехал слишком поздно, чтобы застать его в живых.

– Понимаю.