Убийство в Эшли-Грин

– Право же, Кеннет! – сказала мисс Уильямс."

"– Ради бога, пощади ее чувства, – попросила Антония. – Я не потерплю никаких отвратительных примирений за ужином. И раз уж мы коснулись этой темы, с какой стати ты указываешь, Виолетта, как, по-твоему, мне следует говорить?

Карие глаза слегка прищурились.

– Мне кажется, я имею право на собственное мнение, разве не так? – вкрадчиво произнесла мисс Уильямс.

– Ты просто очаровательна, когда злишься, – неожиданно сказал Кеннет. – Давай, Тони, скажи еще что-нибудь.

Красивые губы мисс Уильямс раздвинулись, обнажив мелкие белоснежные зубки.

– А по-моему, вы просто отвратительны, и я наотрез отказываюсь спорить с вами. Как же мне, бедняжке, выстоять сразу против двух? Тони, с твоей стороны ужасно оказаться в доме мистера Верекера, когда это случилось! Должно быть, тебе было страшно. Я даже думать об этом не могу. Давайте поговорим о чем-нибудь другом!

– Почему ты не можешь об этом думать? – спросил Кеннет, не столько насмешливо, сколько заинтересованно. – Боишься крови?

Виолетта содрогнулась:

– Кеннет, пожалуйста, не надо! Право, я не в силах это вынести.

– Как угодно, мое сокровище, только не представляю, почему тебе становится дурно при мысли о зарезанном Арнольде. Ты ведь даже не знала его.

– Да, я не узнала бы его, если бы увидела, – сказала Виолетта. – Дело не в этом. Просто мне не нравится говорить о страшных вещах.

– Она женственна, – объяснила Антония, разглядывая две бутылки с золотистой фольгой на горлышках. – Откуда они взялись, черт возьми?

– Я выпросил их у Фрэнка Кру, – ответил брат. – Мы должны это отпраздновать.

– Кеннет!

– Ничего. Он имел в виду свой доступ к богатству.

– Но нельзя же пить шампанское, раз мистер Верекер убит! Это неприлично!

– Пить шампанское я могу в любое время, – ответила Антония. – Что ты сделала со своими ногтями?

Виолетта вытянула руки.

– Серебристый лак. Нравится?

– Нет, – сказала Антония. – Кеннет, раз ты наследник, то должен будешь выдать мне пособие, я хочу новую машину.

– Ладно, – согласился Кеннет, – получишь все, что пожелаешь.

– Непременно придется платить налог на наследство, – заметила Виолетта. – Приходится выкладывать огромные суммы. Однако же есть еще и дом. Он будет твоим, правда, Кеннет?

– Ты о лачуге на Итон-плейс? – спросил он. – Неужели ты думаешь, я стану жить в таком сарае?

– Почему бы нет? – Виолетта подалась вперед, пристально глядя на Кеннета. – Это очень хороший адрес.

– Кому нужен очень хороший адрес? Если бы ты хоть раз побывала внутри, то поняла бы, что я не стану там жить. В доме турецкие ковры, много ампирной мебели, обтянутые розовым шелком панели в гостиной, хрустальная люстра и мраморные столы с позолоченными ножками.