Убийство в Эшли-Грин

Не особенно полезные сведения, так ведь?

– Беда в том, что это чересчур простое убийство, – сказал Джайлс. – Если бы вы обнаружили тело моего кузена в запертой комнате, ключ торчал бы из замка с внутренней стороны, все окна были бы закрыты на шпингалеты…

Ханнасайд улыбнулся."

"– Да, тогда было бы легче, – заговорил он. – По крайней мере у нас было бы от чего отталкиваться. Наибольшую трудность всегда представляют собой простые убийства. Когда люди начинают умничать, стараются представить нам неразрешимые загадки, они непременно выдают себя. Эти, казалось бы, невозможные убийства похожи на хорошую шахматную задачу – мат в три хода при единственно возможном решении. Но когда происходит совершенно простое убийство вроде этого, вы видите не меньше полудюжины способов поставить мат, и один только Бог знает, какой из них верный!

Джайлс взял графин и вновь наполнил стаканы.

– Вижу, мне самому придется принять участие в этом расследовании, – задумчиво произнес он.

Суперинтендант рассмеялся:

– Одаренный дилетант, вот как? Желаю удачи!

– Как знать, – негромко сказал Джайлс.

Ханнасайд быстро поднял взгляд.

– Получили что-нибудь?

– Нет, – ответил Джайлс. – Не могу этого сказать.

– Я вам не верю, – напрямик сказал Ханнасайд. – Вы пытаетесь скрыть от меня решающую улику.

– Нет-нет! – сказал Джайлс. – Я бы поступил так только в том случае, если бы ее раскрытие привело к фамильному скандалу. Но не тревожьтесь – никакой решающей улики я не нашел.

Ханнасайд с подозрением посмотрел на него и, посоветовав хозяину дома не предпринимать экстраординарных мер во время своего дилетантского расследования, больше на эту тему не говорил.

Почти сразу же после ужина он ушел, едва не столкнувшись на лестнице с Антонией Верекер, которую быстро тащила вверх одна из ее собак.

При встрече с Ханнасайдом она не выказала ни малейшего смущения, небрежно бросив: «Привет», – и угрюмо добавила, что всегда понимала: ее кузен ведет двойную игру.

– Не удивлюсь, – согласился Ханнасайд и, нагнувшись, погладил Билли. – Я только что сказал вашему кузену, что не верю ему.

Антония улыбнулась.

– Славный он, правда? – с иронией сказала она.

– Очень славный.

В глазах Ханнасайда появилось насмешливое выражение, хотя голос оставался серьезным. Антония не обратила на это внимания.

– Скучно для него все это, – сказала она. – К тому же он всегда не очень нас одобрял. Однако тут ничего не поделаешь.

Она дружелюбно кивнула собеседнику и снова ринулась вверх по ступеням.

Суперинтендант продолжил спуск, недоумевая, по какому признаку (скрытому от его наметанного глаза) мисс Верекер догадалась, что кузен ее не одобряет.