Чистосердечное убийство

А вот теперь, когда вы стали спрашивать, кого я видел, и вспомнил про этого человека.

— Что ж, это хорошо, что вспомнили, — сказал Лев. — А далеко было от вас до этого человека?

— Метров, наверное, двести, — подумав, ответил Тихонов. — А может, даже триста.

— Как он был одет?

— Штаны джинсовые, рубашка с длинными рукавами, кремового цвета, и на голове косынка, как молодежь носит.

— Бандана?

— Вот-вот, эта самая бандана. И знаете, что мне показалось?

— Что?

— Что это был ваш приятель, с которым Виктор Петрович на рыбалку ходил.

— Какой приятель? Линев?

— Да, так, кажется, его фамилия, а звать Денис.

— Нет, тут вы что-то путаете, — покачал головой Труев. — Денис вчера не мог быть в этой роще, потому что он ездил в Москву.

— Ну, может, я и ошибаюсь, — не стал настаивать Тихонов. — Я был все-таки далеко, человек этот ко мне не поворачивался… Я только хотел рассказать, что вспомнил.

— Что ж, спасибо за информацию, — поблагодарил Гуров. — А скажите, соседка ваша, Варя, сейчас дома? А то я собираюсь снова к ней зайти.

— Должна быть дома. Она только днем отлучается — корову пасет или кого из поселковых просит в магазине ей что купить. А вечером всегда дома.

Тихонов ушел, а приятели сели поужинать. Поев на скорую руку жареной рыбы с картошкой, Гуров поднялся, собираясь идти к Варе, и Глеб Павлович вдруг решил пойти вместе с ним.

— Делать мне сейчас решительно нечего, а так прогуляюсь, — сказал он.

Гуров не стал возражать, и они вместе направились в нижний конец деревни, где жила девушка. Вспоминали по дороге минувшие годы, общих знакомых и не заметили, как дошли до двух домов исчезнувшей деревни, в которых еще теплилась жизнь. Направо, у Тихонова, тускло горел свет, а вот в доме Вари было темно.

— Может, она специально свет не зажигает, из экономии? — предположил Труев.

Друзья вошли во двор, и Труев, на правах старожила, постучал в дверь. Ответом ему было молчание. Он постучал сильнее, потом стукнул еще раз — и дверь неожиданно открылась.

— Что-то мне это не нравится… — глухо произнес Глеб Павлович.

— Мне тоже, — согласился Гуров и крикнул в приоткрытую дверь: — Эй, хозяева!

Снова молчание.

— Варя! — позвали они уже хором.

Но опять никто не ответил.

— У тебя фонарик с собой есть? — спросил Лев.

— Да, я всегда его в куртке ношу, — сказал Труев. — Если на рыбалке задержишься, он очень помогает.

Глеб Павлович вынул фонарик, нажал кнопку. Яркий луч света упал в приоткрытую дверь, осветил прихожую. Гуров толкнул дверь сильнее, открыл и шагнул внутрь. Труев повел фонариком — и они увидели вначале ноги, а затем и все тело молодой девушки. Она лежала на полу возле печки. Гуров присел возле нее на корточки. Глаза Вари были широко открыты, на свет они не реагировали. Гуров потрогал запястье — пульс отсутствовал.