Чистосердечное убийство

 — И никаких конфликтов, никаких «скелетов в шкафу»?

— Ну, полная гармония, как известно, существует только на кладбище, — усмехнулся Алексей. — Конечно, кое-какие шероховатости случаются… да и секреты у каждого свои есть… — Он на минуту задумался — как видно, в нем происходила какая-то внутренняя борьба, затем все-таки принял решение и твердо закончил: — Но никаких серьезных конфликтов нет. А в чужие секреты я стараюсь нос не совать.

— А про местную легенду о проклятии, что тяготеет над родом Шаталовых, вы слышали?

— Нет, не слышал, — покачал головой садовник. — Я, знаете, мало с кем здесь общаюсь.

— Я вас понял, — кивнул Лев. — Спасибо за информацию. Скажите, где хозяин пьет чай — в доме?

— Нет, чай они обычно пьют на веранде. Войдете в дом, пересечете гостиную, там будет вторая дверь — на веранду. Впрочем, вы в гостиной наверняка кого-нибудь встретите — или Руслана, или Елизавету Николаевну, или Настю. Они вам подскажут.

— А кто эти люди, которых вы только что перечислили?

— Руслан Магомедов — это охранник и водитель Виктора Петровича, — объяснил садовник. — А Елизавета Николаевна и Настя — горничные. Елизавета Николаевна — старшая, она вроде домоправительницы, а Настя — младшая.

Гуров вошел в дом и оказался в гостиной. Стены здесь были отделаны мореным дубом, над зеркалами висели оленьи рога. Он постоял, оглядываясь, и тут услышал женский голос:

— Вы Виктора Петровича ищете?"

"Лев обернулся и увидел женщину лет сорока, она была в фартуке и протирала пыль с подоконников.

— Да, меня Шаталов пригласил на чай, но я во дворе немного задержался, — объяснил Гуров. — Вот теперь ищу его. И его, и его жену.

— Виктора Петровича вы найдете на веранде, — ответила женщина. — И Костя там же. А вот Ольгу Григорьевну вам увидеть не удастся — она в Киржач уехала, за покупками.

— А мне Виктор Петрович говорил, что жена его дома… — сказал Лев, изображая сильную растерянность, которой вовсе не испытывал.

— Она с утра вроде не собиралась никуда, а потом выяснила, что фрукты кончились, соки тоже кончаются, и решила поехать.

— А вы, я полагаю, Елизавета Николаевна? — догадался Гуров. — Старшая горничная?

— Да, это я.

— А я — полковник полиции Гуров, — представился сыщик. — Я взялся помочь Виктору Петровичу справиться с нечистой силой, которая его здесь преследует.

— А что, нынче полиция и с нечистой силой справиться может? — с усмешкой спросила горничная.

— Ну, не то чтобы совсем справиться… но какую-то помощь оказать, я думаю, смогу. А вы и вправду считаете, что тут виновата нечистая сила?

— А что же еще думать? — пожала плечами горничная. — Я сама этого призрака, правда, не видела, но слышала, как Виктор Петрович об этом рассказывал.