Чистосердечное убийство

Тропа вела то вверх, то вниз, огибая овражки и ямы. Пару раз от нее отходили крохотные тропочки в сторону реки, и на третьей Лев наконец обнаружил банкира. Тот сидел на обрубке березы и пил что-то из крышечки термоса — видимо, чай. В землю перед ним были воткнуты сразу три удочки.

— Ну, как дела? — негромко, чтобы не спугнуть рыбу, спросил Гуров.

Человек, сидевший к нему спиной, ответил не сразу. Вначале он поставил на землю крышечку с напитком, потрогал одну из удочек, так что поплавок на воде заколыхался, а затем, все так же не оборачиваясь, произнес:

— Ответ вы найдете чуть левее. Вон там, лопухом накрыт.

— А как вы узнали, кто к вам подошел? — поинтересовался Лев.

— Сообразительность нужна не только при ловле бандитов, — ответил Линев. — В банковском деле без нее тоже недалеко уйдешь. Рыбак к рыбаку в гости не ходит — у него свои дела есть. Если кто-то пришел и интересуется чужим уловом — значит, не рыбак. А я утром по вашему виду сразу заключил, что вы не фанатик этого дела.

— Хм, у вас в банке работают люди не только сообразительные, но и весьма наблюдательные, — заметил Гуров. — И к тому же хладнокровные. Вот, неизвестно, кто идет, а вы даже не обернулись.

— А кого тут опасаться? — пожал плечами банкир. — Я всех знаю, кто тут живет. А посторонние сюда не заходят. Волки, правда, водятся, но волк среди бела дня нападать не станет.

— Ну, кроме людей и волков и другие опасные существа имеются. Вот вы недавно не слышали жуткого крика?

— Как же, слышал. Так это, наверное, выпь кричала, или бекас, или еще какая болотная птица. Птицы, знаете, иногда издают очень странные звуки.

— Это верно, выпь страшно кричит, аж мороз по коже продирает, — согласился Лев. — Только я ее крик знаю. И это не выпь кричала. Кроме того, вашему соседу Шаталову сейчас явился некий призрак…

— А, опять! Значит, он их притягивает…

— Кого?

— Сгустки чьей-то темной ауры, — объяснил Линев. — Я понимаю, вы человек рациональный, верите только в то, что можно пощупать руками и увидеть глазами. Я тоже стою на почве реальности, но уверен, что наши органы чувств постигают не все ее слои, что на самом деле реальность богаче и сложнее, чем нам кажется, и кроме мира видимого и осязаемого существует другой мир — мир духовных сущностей.

— И откуда же он берется?

— Из наших душ. Моей, вашей, того же Виктора Петровича, вашего друга Глеба Павловича и еще тысяч и миллионов людей. Там собираются как силы света, так и силы тьмы. Вот один из этих сгустков тьмы и стал являться нашему соседу.

— И почему же этот сгусток выбрал именно Виктора Шаталова? — слегка усмехнулся Лев.

— Трудно сказать, — пожал плечами Линев. — На этот счет существует обширная литература и высказываются самые разные мнения.