Убийство церемониймейстера

Было совестно, при этом он понимал, что встречаться с Анютой не перестанет. Чтобы вышибить клин клином, Лыков в понедельник сразу отправился на Шпалерную. Вызвал Гусиную Лапу и строго спросил:

– Ну что?

– Есть такой, – тут же ответил гайменник.

– Откуда?

– Появился зимой. Ни с кем особо не сходится. Одно слово – бирюк!

– Как его найти?

– Имеется один парень, который точно скажет.

– Васька Питенбрюх?

– Так точно, ваше высокоблагородие. Без меня уже разведали?

– Пропал Васька. То ли из города бежал, то ли господин Снулый ему голову на рукомойник положил. Говори все, что знаешь.

– Ходит он завсегда при охране. Два братана его караулят.

– Бывшие егеря из царской охоты, Иван и Ефим Цыферовы. Ты скажи, чего я не знаю!

– Снулый берет заказы только на складку[26]. И еще не всякие, а тока дорогие. Но работает чисто. Помните, на Пасху зарезали директора меднопрокатного завода? Его работа.

Убийство, о котором сказал налетчик, было одним из самых загадочных и до сих пор оставалось нераскрытым.

– Дальше!

– Дальше уж почти нечего рассказывать. Раз в две недели Снулый ходит в «Малинник» и сидит там один час. При нем Питенбрюх и два брата-акробата. Слушает заказы и сразу говорит, берется или нет. Цену ставит очень высокую.

– В какие дни он ходит в «Малинник»?

– Не удалось выяснить, ваше высокоблагородие. Никто толком не знает. Пришлый он, не из фартовых. Бают, будто он вобче…

– Что «вобче»?

– Ну… будто он из ваших.

– Из наших? – ахнул Лыков. – Из полицейских?

– Так точно. Петька Косандылый сказывал: знавал он его по Москве. Бывший агент сыскного отделения, из вольнонаемных. Ворам за деньги потачку делал. За это и выгнали. А он сюда прибился. Поэтому-то наши Снулого к себе не берут, сторонятся. Вот он складкой и занялся…

Сведения, сообщенные Гусиной Лапой, были очень важны. И даже не для установления личности Снулого. Он живет по чужому паспорту в миллионном городе, где его никто не знает. Ищи-свищи! Важно, что убийца – бывший сыскной агент. Ему известны все способы и приемы розыска. Ловить такого особенно трудно.

Лыков встал.

– Ну, Вафусий Силыч, прощай. Ты свою часть уговора выполнил, а я выполню свою. Когда сядешь по осени на пароход, в твоих бумагах будет письмо к начальнику округа.

Налетчик смотрел недоверчиво и мял бескозырку.

– Уж вы не забудьте, ваше высокоблагородие… Я ведь там… Одна надежа на вашу порядочность.

Надворный советник пришел в департамент. Вся Особенная часть была в сборе. Первым доложился Шустов. Отношения он у Плеве подписал и развез по министерствам. Истратил на извозчика два рубля с полтиной.

Лыков немедленно выдал Сергею Фирсовичу указанную сумму. Тот жил одним жалованьем, весьма скромным, и не обязан был кататься по служебным делам на свой счет.