Банальное убийство

На нем было много одежек, даже слишком. Свитер, вельветовые шапочка и комбинезончик, рубашечка, маечка, непромокаемые трусики и подгузник. Ну и пинетки, конечно. Словом, на нем было сто одежек.

– Английские булавки были?

– Конечно, в подгузнике.

– А подгузник был… свежий?

– Нет. Он весь перепачкался. Должно быть, его давно не меняли. Я сменила его перед приходом врача, но для этой цели мне пришлось воспользоваться наволочкой.

Я посчитал своим долгом вмешаться:

– А вот теперь, коль скоро вы интересовались моим мнением, я готов предложить пари. Ставлю двадцать против одного, что одевала младенца не та женщина, которая приколола бумажку к одеялу.

Вулф оставил мое заявление без комментариев, лишь повернул голову, чтобы посмотреть на настенные часы. До ланча оставался еще час. Вулф шумно втянул носом столько воздуха, сколько помещалось в его носовых пазухах – а это предостаточно, поверьте мне! – затем выпустил его через рот и снова обратился к миссис Вэлдон:"

"– Нам понадобятся от вас дополнительные сведения, и довольно много. Мистер Гудвин справится с этой задачей столь же успешно, как и я. Моя же роль состоит в том, чтобы установить личность матери этого ребенка, предъявить эту жен-щи ну вам и определить вероятность того, что отцом ребенка действительно был ваш супруг. Причем успеха я не гарантирую. Вас это устраивает?

– Мм… да. Если только вы… – Она замялась. – Нет, мой ответ – да.

– Очень хорошо. Тогда перейдем к формальностям. От вас требуется внести задаток.

– Ну конечно. – Она протянула руку к сумочке. – Сколько?

– Не имеет значения. – Вулф отодвинул кресло и встал. – Один доллар, сто или тысячу. Мистер Гудвин расспросит вас о том, что нам необходимо знать. А теперь разрешите откланяться.

Он протопал к двери и, выйдя в прихожую, повернул налево, к кухне. На ланч ожидалась запеченная икра шэда в горшочке, одно из блюд, по поводу приготовления которого у Вулфа с Фрицем были стародавние расхождения. Оба соглашались включать в рецепт анчоусовое масло, кервель, лук-шалот, петрушку, лавровый лист, перец, майоран и сливки, а вот репчатый лук вызывал острые разногласия. Фриц был целиком за, а Вулф столь же категорически против. Учитывая, что очередной ученый спор вполне мог перерасти в громкий скандал, я встал и предусмотрительно закрыл дверь, которая никакого шума извне не пропускала. Когда же я возвращался на свое место, миссис Вэлдон остановила меня и вручила мне чек на тысячу долларов и ноль центов.

ГЛАВА 2

В тот же день, без четверти пять, я расспрашивал свидетелей в кухне дома Люси Вэлдон на Западной Одиннадцатой улице. Прислонившись спиной к холодильнику, я стоял со стаканом молока в руке.