Комната убийств

Одну из стен полностью закрывали книжные полки, которые, как ему было известно, мало что говорили о пристрастиях Эй-Ди. Там стояла лишь профессиональная литература: принятые парламентом законы, официальные отчеты, законопроекты, справочники, книги по истории, Арчболд, тома по криминологии, судебная медицина, история полиции и криминальная статистика за последние пять лет. Вторым необычным моментом были литографии Лондона. Пирс предполагал, что шефу не нравилась совершенно голая стена, и поэтому подбор картин отдавал некоторой обезличенностью. Впрочем, Эй-Ди не выбрал масляную живопись, смотрящуюся здесь неуместно и претенциозно. У его коллег, если они и замечали картины, литографии вызвали, наверное, уважение — как свидетельство своеобразного, но не оскорбительного для окружающих вкуса. Они никого не могли задеть, разве что заинтриговать тех, кто имеет хоть какое-нибудь понятие об их цене.

Вернулся Бентон-Смит с кофе. Иногда во время столь поздних встреч Дэлглиш шел к шкафу и доставал бутылку красного вина и бокалы. Конечно, не сегодня. Решив отказаться от кофе, Пирс придвинул к себе кувшин с водой и наполнил стакан.

— Как назовем предполагаемого убийцу? — спросил Дэлглиш.

Дать команде обсудить случай до того, как вмешиваться самому, вошло у него в обычай. Только все равно сначала нужно было придумать имя для их невидимой и пока еще неизвестной жертвы. Дэлглишу не нравились принятые в полиции клички. Заговорил Бентон-Смит.

— Как насчет Вулкана, бога огня? — спросил он.

«Дал ему влезть первым», — подумал Пирс и сказал:

— Ладно. Это по крайней мере короче, чем Прометей."

"Перед ними лежали открытые блокноты. Дэлглиш сказал:

— Ну что, Кейт, начнем с вас?

Кейт отпила кофе, который явно оказался слишком горячим, и чуть-чуть отодвинула кружку. Дэлглиш не всегда начинал со старшего по званию, но сегодня он сделал именно так. Кейт, наверное, успела обдумать, как представить свои соображения наилучшим образом.

— Мы с ходу решили рассматривать смерть доктора Дюпейна как убийство, и то, что нам удалось выяснить, подтверждает такую точку зрения. Несчастный случай исключен. Дюпейна облили бензином, и, что бы там ни происходило, это было сделано намеренно. Против самоубийства говорит пристегнутый ремень безопасности, вывернутая лампочка, странное расположение канистры и заворачивающейся крышки. Крышка была обнаружена в дальнем углу, а сама канистра — в семи футах от дверцы машины. Время смерти сомнений не вызывает. Нам известно, что доктор Дюпейн держал «ягуар» в музее и забирал его каждую пятницу в шесть вечера. Также у нас есть свидетельство миссис Клаттон, которая подтверждает, что смерть произошла в шесть или немного позже.