Комната убийств

Пока Мюрел будет ездить, я положу туда бутылку с горячей водой, поставлю фиалки, оставлю на ночном столике несколько книг. Я смогу все сделать очень уютно. А завтра тело увезут. И все будет хорошо».

Они продолжили трапезу в молчании. Потом Мюрел опять заговорила:

— Мы должны сберечь силы до прихода полиции. Приготовиться к их вопросам. Думаю, нам нужно соблюдать осторожность при разговоре с полисменами. Нам не нужно, чтобы у них возникло неправильное впечатление."

"— Что вы понимаете под осторожностью, Мюрел? Мы просто скажем им правду.

— Конечно, мы скажем им правду. Только мы не должны говорить о том, что нас не касается: о семье, о нашем с вами разговоре, состоявшемся после собрания, например. Не стоит говорить о желании доктора Невила закрыть музей. При необходимости об этом может рассказать мистер Маркус. Нас данный вопрос и в самом деле не касается.

— Я не собиралась им рассказывать, — в замешательстве сказала Талли.

— Как и я. Важно, чтобы у них не возникло никаких заблуждений.

Талли окаменела.

— Но, Мюрел! Это же несчастный случай, по-другому и быть не может. Неужели вы ведете к тому, что полиция заподозрит семью? Как им может такое прийти в голову! Это нелепо! Это отвратительно!

— Все верно, и тем не менее такие мысли могут их посетить. Я лишь напоминаю, что нам следует быть осторожными. И они зададут вам вопрос о водителе. В качестве доказательства вы сможете предъявить им поврежденный велосипед.

— Доказательства чего, Мюрел? Они, по-вашему, могут подумать, что я лгу, что ничего этого не было?

— До такого может и не дойти, и все же какие-то основания им нужны. Полиция не верит ни во что. Их учат так думать. Талли, вы совершенно уверены, что не знакомы с тем мужчиной?

Талли смутилась. Ей не хотелось обсуждать это происшествие; во всяком случае, не сейчас и не с Мюрел.

— Я не узнала его. Правда, сейчас, когда я об этом думаю, у меня возникает чувство, что видела его раньше. Я не могу вспомнить, где и когда, но точно не в музее. Ходи он сюда регулярно, я бы его запомнила. Возможно, я где-то видела его портрет — в газетах, по телевизору. Или он похож на кого-то известного. Это только ощущение, не больше. Толку от него никакого.

— Ладно, не знаете — так не знаете. Они попытаются на него выйти. Жаль, вы не запомнили номер машины.

— Все произошло очень быстро, Мюрел. Я поднялась на ноги, и он почти сразу уехал. О номере я и не думала, да и не должна была, разве не так? Случилась незначительное происшествие, я осталась цела. Тогда я еще не знала о докторе Невиле.

Послышался стук в дверь. Не успела Талли встать, как Мюрел уже двинулась открывать. Когда она вернулась, за ней шли двое: высокий темноволосый мужчина и женщина-офицер, с которой они разговаривали раньше.